Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Аграрная реформа Сигизмунда-Августа в Литовско-Русском государстве. Лист 499, с. 504

Скан издания 1958 года: текст книги и русская версия с переводом цитат из актов XVI века.

Пичета, 1958: Лист 499, с. 504

Оригинал

ской земле. Дворы отходили к гослодарскому столу со всеми местечками, селами, волостями и лесничествами. Господарская грамота сохраняла все права тогдашних держателей держав я волостей «водлуг привильев продков их», но дальнейшая отдача имений в заставу на ленном праве или в виде замены, или на доживотном праве на будущее время прекращалась. Чтобы заставить правительство Литовского княжества держаться данного постановления, грамота признает недействительными все распоряжения, изданные в противоречии с него. Лица же, возбудившие ходатайства о пожалованиях этих имений и вступившие каким-либо образом во владение державой, рассматриваются как «кгвалтовники», противники общих интересов, лишаются держания и судятся на основании действующего права1908. Таков финал земельной политики правительства Великого княжества Литовского во второй половине XVI в. Несомненно, это было большим ударом для господаря. Огромная масса земель выходила из сферы личного влияния господаря и поступала в заведывание правительства, которое не сумело удержать ‚ их в своих руках и постепенно растратило весь земельный фонд, передав его в распоряжение шляхетского сословия. Фактическим руководителем всех деталей реформы был пан Петр Фальчевский, который разрешал все возникавшие вопросы, сомнения и недоразумения. Но и центральное правительство не выпускало из своих рук надзора и руководства и оставалось тем высшим органом, который окончательно разрешал все недоразумения и давал всякому делу окончательное решение. Когда ревизор Андрей Илькговский приехал для «поравненья кгрунтов» в Слонимский замок, он довольно скоро убедился, что волочная помера проведена здесь «не слушне». Не зная, как поступить в таком случае и следует ли исправлять ошибки своих предшественников, Илькговский обратился за наукой не к Фальчевскому, а к Сигизмунду-Августу, так как это был вопрос, выходящий за пределы полномочий «справцы дворов господарских». Илькговский представил на рассмотрение Сигизмунда I] два вопроса: производить ли снова волочное измерение, или исправить только дефекты уже осуществленного измерения. Господарь склонился на сторону последнего предложения и постановил, что, если «где бы слушне и водле потребы помера учинена», то вторично перемерять было не нужно, так как это причинило бы излишние затруднения господарским подданным. Господарь аргументировал свое решение тем, что предложение о новом измерении сделано исключительно «для порадку померы, а не из иншое которое при-

Примечания

1908. АЗР, т. IV, № 1.

Русская версия

ской земле. Дворы отходили к гослодарскому столу со всеми местечками, селами, волостями и лесничествами. Господарская грамота сохраняла все права тогдашних держателей держав я волостей «согласно привильев продков их», но дальнейшая отдача имений в заставу на ленном праве или в виде замены, или на доживотном праве на будущее время прекращалась. Чтобы заставить правительство Литовского княжества держаться данного постановления, грамота признает недействительными все распоряжения, изданные в противоречии с него. Лица же, возбудившие ходатайства о пожалованиях этих имений и вступившие каким-либо образом во владение державой, рассматриваются как «кгвалтовники», противники общих интересов, лишаются держания и судятся на основании действующего права1908. Таков финал земельной политики правительства Великого княжества Литовского во второй половине XVI в. Несомненно, это было большим ударом для господаря. Огромная масса земель выходила из сферы личного влияния господаря и поступала в заведывание правительства, которое не сумело удержать ‚ их в своих руках и постепенно растратило весь земельный фонд, передав его в распоряжение шляхетского сословия. Фактическим руководителем всех деталей реформы был пан Петр Фальчевский, который разрешал все возникавшие вопросы, сомнения и недоразумения. Но и центральное правительство не выпускало из своих рук надзора и руководства и оставалось тем высшим органом, который окончательно разрешал все недоразумения и давал всякому делу окончательное решение. Когда ревизор Андрей Илькговский приехал для «уравнения земель» в Слонимский замок, он довольно скоро убедился, что волочная помера проведена здесь «несправедливо». Не зная, как поступить в таком случае и следует ли исправлять ошибки своих предшественников, Илькговский обратился за наукой не к Фальчевскому, а к Сигизмунду-Августу, так как это был вопрос, выходящий за пределы полномочий «управляющие дворов господарских». Илькговский представил на рассмотрение Сигизмунда I] два вопроса: производить ли снова волочное измерение, или исправить только дефекты уже осуществленного измерения. Господарь склонился на сторону последнего предложения и постановил, что, если «где помера была произведена надлежащим образом и сообразно необходимости», то вторично перемерять было не нужно, так как это причинило бы излишние затруднения господарским подданным. Господарь аргументировал свое решение тем, что предложение о новом измерении сделано исключительно «для устройства померы, а не по какой-либо иной причине

Примечания

1908. АЗР, т. IV, № 1.