Русские походы в степи, страница 73 | Книги по истории Брестчины

Оригинал (дореформенная орфография)

смотрѣли на отчаянную борьбу, совершавшуюся въ степяхъ, и не только не заботились потушить ее силой оружйя, но, напротивъ, даже оставались довольны ею, танъ какъ эта борьба среди степняковъ, ослабляя ихъ снлы, развязывала руки русскимъ и тѣмъ дѣлала край ихъ болѣе безопаснымъ отъ враговъ. Далѣе, не совсѣмъ понятнымъ намъ кажется еще и то, почему русскіе шли на татаръ въ опредзенное мѣсто: вѣдь, маршрутъ татаръ на Русь былъ имъ неизвѣстенъ, к знать точно, на какую область обрушатся татары—врядъ-ли было возможно, принимая во вниманіе, что врагъ находился такъ далеко отъ русскихъ предѣловъ. Слѣдовательно, углубляться въ такую степную даль, не зная ни силъ враговъ, ни ихъ настолщихъ плановъ— врядъ-ли было основательнымъ. Кромѣ того, возникаетъ еще вопросъ другого рода: можно ли было въ описываемое время устраивать столь далеко въ степи походъ крупныхъ военныхъ силъ безъ ряда расположенныхъ на извстномъ разстоянши этапныхъ пунктовъ, гдѣ бы иожно было получать въ достаточиомъ количеств$ и на болѣе или хенѣе продолжительное время фуражъ я провіантъ для людей? На этотъ вопросъ, конечно, также можно отвѣтить только отрицательно. Въ ‹амомъ дѣлѣ, мы не знаемъ ни одного предпріятія, въ степи, совершеннаго русскими раньше, которое равнялось бы своей отдалснностью съ тёмъ походомъ, какой, по словамъ комментаторовъ, предприняли русске противъ татаръ въ 1224 году. Крайними предѣлами русскихъ предпріятйй въ степи была область рѣки Дона, или, лучше сказать, “го притока—Сѣверскаго Донца, да и то, судя по всему, въ его верхнихъ или же среднихъ частяхъ: „испить шеломомъ воду изъ синяко Дона“—было призиакомъ крайней отваги, смѣлости и даже гордости для руссвихъ князей удѣльнаго временн. Въ Словѣ о полку Пгоревѣ находятся прекрасныя указанін, какое тяжелое, гнетущее впечатлѣніе производила на русское войско пустынная степь, пугавшая своей необъятностью, своей таинственностью. Если принять зат5мъ во вниманше, какія бѣдствія, какйя лишенія переживало русбкое войско во время похода въ указанныя мѣста въ сравнительно недалекое отъ насъ время, въ концѣ ХУП вѣка, во время походовъ к№. В. Голицина на татаръ, въ Крымъ, сколько длидись и чѣмъ окончились эти походы, то намъ станеть яснымъ, могла ли Русь №вльно-вѣчевого времени предпринять подобнаго рода далекіе походы въ степи? Идти же въ степи на проломъ, очертя голову, безъ опредѣленнаго плана какъ по части маршрута, такъ и по части конечной цѣли похода врядъ ли было возможнымъ.

Современный русский

смотрели на отчаянную борьбу, совершавшуюся в степях, и не только не заботились потушить ее силой оружйя, но, напротив, даже оставались довольны ею, тан как эта борьба среди степняков, ослабляя их снлы, развязывала руки русским и тем делала край их более безопасным от врагов. Далее, не совсем понятным нам кажется еще и то, почему русские шли на татар в опредзенное место: ведь, маршрут татар на Русь был им неизвестен, к знать точно, на какую область обрушатся татары—вряд-ли было возможно, принимая во внимание, что враг находился так далеко от русских пределов. Следовательно, углубляться в такую степную даль, не зная ни сил врагов, ни их настолщих планов— вряд-ли было основательным. Кроме того, возникает еще вопрос другого рода: можно ли было в описываемое время устраивать столь далеко в степи поход крупных военных сил без ряда расположенных на извстном разстоянши этапных пунктов, где бы иожно было получать в достаточиом количеств$ и на более или хенее продолжительное время фураж я провиант для людей? На этот вопрос, конечно, также можно ответить только отрицательно. В ‹амом деле, мы не знаем ни одного предприятия, в степи, совершенного русскими раньше, которое равнялось бы своей отдалснностью с тём походом, какой, по словам комментаторов, предприняли русске против татар в 1224 году. Крайними пределами русских предприятйй в степи была область реки Дона, или, лучше сказать, “го притока—Северского Донца, да и то, судя по всему, в его верхних или же средних частях: „испить шеломом воду из синяко Дона“—было призиаком крайней отваги, смелости и даже гордости для руссвих князей удельного временн. В Слове о полку Пгореве находятся прекрасные указанин, какое тяжелое, гнетущее впечатление производила на русское войско пустынная степь, пугавшая своей необъятностью, своей таинственностью. Если принять зат5м во вниманше, какия бедствия, какйя лишения переживало русбкое войско во время похода в указанные места в сравнительно недалекое от нас время, в конце ХУП века, во время походов к№. В. Голицина на татар, в Крым, сколько длидись и чем окончились эти походы, то нам станеть ясным, могла ли Русь №вльно-вечевого времени предпринять подобного рода далекие походы в степи? Идти же в степи на пролом, очертя голову, без определенного плана как по части маршрута, так и по части конечной цели похода вряд ли было возможным.