Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 583, с. 583

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 583 из 622

С. 583

Оригинал

именно тому ребенку, который впосл\дствши, ставъ взрослымъ, отдаетъ себя всего именно атому единенію съ Москвой, во имя Бога. Случилось это такъ, что въ Ростовъ Великій приглашены были изъ Москвы великокняжескйе воеводы, начавшіе хозяйничать въ немъ съ такимъ упорствомъ, что забирали имущество частныхъ лицъ и даже повѣсили внизъ головой ростовскаго градоначальника боярина Аверкія; многіе рѣшились тогда покинуть Ростовъ, и въ числѣ ихъ находились и родители Варфоломеевы. Вопросъ о томъ, куда имъ направиться, разрешенъ былъ темъ, что именно въ то время въ село Радонежское, данное въ удѣлъ великой княгинѣ Елене%, призывали переселенцевъ и давали имъ льготы; туда-то и направилась семья Варфоломеева.

Не позже 1339 года умерли родители Варфоломеевы, постригшись въ Хотьковскомъ монастырѣ; ушелъ въ тотъ же монастырь и Стефанъ, старшій братъ Варфоломеевъ, и, наконецъ, на 21 году пришелъ туда же и самъ Варфоломей. Оба брата, отыскивая уединенія и пустынножительства, скоро покинули монастырь и поселились въ лёсу, въ десяти верстахъ отъ Хотьковскаго монастыря, и на томъ самомъ мѣсте, где№ красуется теперь лавра, поставили своими руками, въ 1340 году, церквицу во имя св. Троицы. Отсюда—начало будущего монастыря, поставленнаго не инокомъ, не постриженникомъ, а юношей боярскаго рода. Постриженіе принялъ Варфоломей уже после$ ухода брата Стефана въ этой самой церквицѣ въ 1342 году отъ нѣкоего старца игумена Митрофана и назвался тогда Сергіемъ,—-имя, съ которымъ перешелъ онъ Въ бессмертіе.

Безусловное уединеніе, исполненное молитвъ и, если судить по рассказамъ самого преподобнаго, записаннымъ его ученикомъ и жизнеописателемъ, долгой борьбы съ различными воплощеніями бѣсовскими, не нарушалось для юноши въ теченіе трехъ летъ. Только къ этому сроку провѣдали люди е замѣчательномъ отшельнике и его святой жизни, и начали мало-помалу приходить къ нему некоторые для того, чтобы поселиться съ нимъ вместе.

Вначале имѣлось всего двѣнадцать человѣкъ братіи. Большую часть работъ, напримеръ, постройку хижинъ, заготовленіе дровъ и пищи, омовеніе и погребеніе усопшихъ, шитье одежды, бралъ на себя самъ Сергйй, причемъ, несмотря на холодъ, труды и долгіе молитвы, сохранилъ большую физическую силу, такъ что, какъ говоритъ Епифатий, «имѣлъ силу противу двухъ человекъ. Въ этомъ небольшомъ поселеніи отшельниковъ не имѣлось ни устава, ни начальника, и самая церковка, построенная преподобнымъ, служила только мѣстомъ сбора для молитвы, но не имѣла еще своего постояннаго священнослужителя.

Если цѣлые три года оставался Сергйй безусловно одинокимъ, то не менее двѣнадцати летъ длилось это, такъ сказать, бесформенное нарождавшееся развитіе общежитйя, съ небольшими перемѣнами личнаго состава вслѣдствіе смерти того или другого, но все еще непризнаннаго, неосвященнаго. Имелись уже въ пустыне налицо могилы нѣсколькихъ отошедшихъ и между ними игумна Митрофана, того же, можетъ быть, который постригъ преподобнаго Сергія и пришелъ умереть подлѣ него; но ни своего игумна, ни опредѣленнаго устава

Современная орфография

именно тому ребенку, который впоследствии, став взрослым, отдает себя всего именно атому единению с Москвой, во имя Бога. Случилось это так, что в Ростов Великий приглашены были из Москвы великокняжеские воеводы, начавшие хозяйничать в нем с таким упорством, что забирали имущество частных лиц и даже повесили вниз головой ростовского градоначальника боярина Аверкия; многие решились тогда покинуть Ростов, и в числе их находились и родители Варфоломеевы. Вопрос о том, куда им направиться, разрешен был тем, что именно в то время в село Радонежское, данное в удел великой княгине Елене, призывали переселенцев и давали им льготы; туда-то и направилась семья Варфоломеева.

Не позже 1339 года умерли родители Варфоломеевы, постригшись в Хотьковском монастыре; ушел в тот же монастырь и Стефан, старший брат Варфоломеев, и, наконец, на 21 году пришел туда же и сам Варфоломей. Оба брата, отыскивая уединения и пустынножительства, скоро покинули монастырь и поселились в лесу, в десяти верстах от Хотьковского монастыря, и на том самом месте, где красуется теперь лавра, поставили своими руками, в 1340 году, церквицу во имя св. Троицы. Отсюда — начало будущего монастыря, поставленного не иноком, не постриженником, а юношей боярского рода. Пострижение принял Варфоломей уже после ухода брата Стефана в этой самой церквице в 1342 году от некоего старца игумена Митрофана и назвался тогда Сергием, — имя, с которым перешел он в бессмертие.

Безусловное уединение, исполненное молитв и, если судить по рассказам самого преподобного, записанным его учеником и жизнеописателем, долгой борьбы с различными воплощениями бесовскими, не нарушалось для юноши в течение трех лет. Только к этому сроку проведали люди о замечательном отшельнике и его святой жизни, и начали мало-помалу приходить к нему некоторые для того, чтобы поселиться с ним вместе.

Вначале имелось всего двенадцать человек братии. Большую часть работ, например, постройку хижин, заготовление дров и пищи, омовение и погребение усопших, шитье одежды, брал на себя сам Сергий, причем, несмотря на холод, труды и долгие молитвы, сохранил большую физическую силу, так что, как говорит Епифатий, «имел силу противу двух человек». В этом небольшом поселении отшельников не имелось ни устава, ни начальника, и самая церковка, построенная преподобным, служила только местом сбора для молитвы, но не имела еще своего постоянного священнослужителя.

Если целые три года оставался Сергий безусловно одиноким, то не менее двенадцати лет длилось это, так сказать, бесформенное нарождавшееся развитие общежития, с небольшими переменами личного состава вследствие смерти того или другого, но все еще непризнанного, неосвященного. Имелись уже в пустыне налицо могилы нескольких отошедших и между ними игумна Митрофана, того же, может быть, который постриг преподобного Сергия и пришел умереть подле него; но ни своего игумна, ни определенного устава