Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 555, с. 555

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 555 из 622

С. 555

Оригинал

улицу, даже ночью, полунагая, съ зажженнымъ факеломъ въ рукахъ. Толпы народа то и д&ло ходили къ Лаврентьевскому монастырю смотрѣть обезглавленнаго царька, лежавшего не невдали, а затѣмъ, обмывъ самозванца, похоронили его въ Троицкомъ соборѣ. Соборъ этотъ, немного позже, когда Калугой владѣлъ Сагайдачный, былъ сожженъ имъ наравнѣ со многими другими церквами; скоро вслѣдъ затѣмъ родила Марина сына «царевича», названнаго Иваномъ.

Сколько во всемъ этомъ красокъ, ожидающихъ художественнаго воспроизведенія; тутъ даны исторіей величайшіе сюжеты трагедіи и любопытнѣйшія темы для оперетокъ. Бредъ и неистовства не замедлили прекратиться, я близилось время успокоенйя; известно, что уже подъ знамснитою уставною грамотой земской думы, по слову Гермогена и Ляпунова, въ числе 25 городовъ подписались и калужане.

Не въ томъ ли именно доме, который носитъ теперь звучное имя Марины Мнишекъ и по подземнымъ ходамъ котораго искалъ свой жемчугъ таинственный Коробовъ, происходило или предначертывалось многое изъ того, что рассказано?

Посрединѣ широкаго двора, поросшего за долгіе годы не только густою травой, но и могучими деревьями, оттеняющими значительную его часть, —двора, кое-где№ изрытаго грядками и никогда ничьею рукой не прибираемаго, почти не видный съ улицы изъ-за деревяннаго забора, стоитъ домъ Марины Мнишекъ. Въ немъ, принадлежащемъ калужскому дворянству, поселены бѣдные люди, и, согласно требованіямъ этой бѣдной жизни, внутренность дома совершенно передѣлана; внизу четыре комнаты подъ тяжелыми сводами и столько же наверху подъ потолкомъ. Одна изъ старухъ, живущихъ въ доме, рассказала, что въ крайней комнатѣ, внизу, не было вовсе дверей, и что она, старуха, сама спускалась въ нее сквозь какое-то отверстйе; имѣется, говорятъ, заложенная лестница въ одной изъ стенъ. Грязь въ доме% неописуемая; свѣту въ комнатахъ внизу очень немного, такъ какъ окна малыя, рѣшетчатыя; въ одномъ изъ темныхъ угловъ является груда мусора, главною составною частью которой являются изразцы и кафеля разобранныхъ старыхъ печей и желѣзные прутья древняго громаднаго фонаря, высившегося когда-то на шпилѣ, торчащемъ и теперь надъ крышей.

Но если отъ внутренняго убранства дома не сохранилось ничего, то внѣшность его, за малыми исключеніями, сохранилась полностью. Граціозное крыльцо на столбикахъ, каменныя колонковыя обрамленйя оконъ, фигурчатые пояса стёнъ, молчаливо выносятъ непріятное лицезрѣніе сорнаго двора, оживляемаго поросятами, курами и драпируемаго сохнущимъ бѣльемъ.

Почтенныхъ остатковъ древности, подобныхъ дому Марины Мнишекъ, въ Калуге немного, если не считать остатковъ древнихъ стёнъ. Слѣдуетъ заметить, что въ одной только Калугѣ, и именно въ губернаторскомъ доме, сохранились какимъ-то чудомъ екатерининскіе часы. Говорятъ, будто, при учрежденіи намѣстничествъ, Екатерина ПП разослала такіе?е часы и въ другіе намѣстничества; но о нихъ какъ-то не слышно. Часы эти старые, нортоновскйе,

Современная орфография

улицу, даже ночью, полунагая, с зажженным факелом в руках. Толпы народа то и дело ходили к Лаврентьевскому монастырю смотреть обезглавленного царька, лежавшего невдали; а затем, обмыв самозванца, похоронили его в Троицком соборе. Собор этот, немного позже, когда Калугой владел Сагайдачный, был сожжен им наравне со многими другими церквами; скоро вслед затем родила Марина сына «царевича», названного Иваном.

Сколько во всем этом красок, ожидающих художественного воспроизведения; тут даны историей величайшие сюжеты трагедии и любопытнейшие темы для опереток. Бред и неистовства не замедлили прекратиться, и близилось время успокоения; известно, что уже под знаменитой уставной грамотой земской думы, по слову Гермогена и Ляпунова, в числе 25 городов подписались и калужане.

Не в том ли именно доме, который носит теперь звучное имя Марины Мнишек и по подземным ходам которого искал свой жемчуг таинственный Коробов, происходило или предначертывалось многое из того, что рассказано?

Посредине широкого двора, поросшего за долгие годы не только густой травой, но и могучими деревьями, оттеняющими значительную его часть, — двора, кое-где изрытого грядками и никогда ничьей рукой не прибираемого, почти не видный с улицы из-за деревянного забора, стоит дом Марины Мнишек. В нем, принадлежащем калужскому дворянству, поселены бедные люди, и, согласно требованиям этой бедной жизни, внутренность дома совершенно переделана; внизу четыре комнаты под тяжелыми сводами и столько же наверху под потолком. Одна из старух, живущих в доме, рассказала, что в крайней комнате, внизу, не было вовсе дверей, и что она, старуха, сама спускалась в нее сквозь какое-то отверстие; имеется, говорят, заложенная лестница в одной из стен. Грязь в доме неописуемая; свету в комнатах внизу очень немного, так как окна малые, решетчатые; в одном из темных углов является груда мусора, главной составной частью которой являются изразцы и кафеля разобранных старых печей и железные прутья древнего громадного фонаря, высившегося когда-то на шпиле, торчащем и теперь над крышей.

Но если от внутреннего убранства дома не сохранилось ничего, то внешность его, за малыми исключениями, сохранилась полностью. Грациозное крыльцо на столбиках, каменные колонковые обрамления окон, фигурчатые пояса стен, молчаливо выносят неприятное лицезрение сорного двора, оживляемого поросятами, курами и драпируемого сохнущим бельем.

Почтенных остатков древности, подобных дому Марины Мнишек, в Калуге немного, если не считать остатков древних стен. Следует заметить, что в одной только Калуге, и именно в губернаторском доме, сохранились каким-то чудом екатерининские часы. Говорят, будто, при учреждении наместничеств, Екатерина II разослала такие часы и в другие наместничества; но о них как-то не слышно. Часы эти старые, нортоновские,