Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 532, с. 532

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 532 из 622

С. 532

Оригинал

рили, что когда онъ входилъ въ Смоленскъ и посѣтилъ соборъ, то въ храме% Божіемъ увидѣлъ кучи больныхъ людей, боровшихся со смертью, видѣлъ роженицъ, разрешавшихся отъ бремени, пришедшихъ сюда за невозможностью выйти изъ города, и, не моргнувъ бровью, только смотрѣлъ, но не говорилъ ни слова утѣшенйя въ этой юдоли страданія. Должно думать, что и въ те$ три дня, которые онъ провелъ въ Смоленске на обратномъ пути, окружавший его пейзажъ былъ не менѣе безотраденъ; но внутреннее состояніе его надломленнаго духа должно было быть совершенно инымъ. Съ чисто психологической точки зрѣнія любопытно было бы знать: проскользали ли въ его душу воспоминанйя о числѣ сотенъ тысячъ людей, отправленныхъ нмъ въ загробное бытіе, скромныхъ обликахъ подполковника Энгельгардта и коллежскаго асессора Шубина, расстрѣлянныхъ имъ въ Смоленскѣ? Вѣроятно, нѣтъ. Но для Русской земли эти имена бессмертны п, по справедливости, должны бы пользоваться совершенно одинаковою славою, тогда какъ, почему-то, вслѣдствіе странной, но очень нерѣдкой игры случая, о Шубине% почти забываютъ, а помнятъ только одного Энгельгардта. Оба они были помѣщиками; оба они, вооруживъ крестьянъ н дворовыхъ людей, защищались отъ мародеровъ и истребляли ихъ; оба были схвачены французами и посажены въ Спасскую церковь, служившую, по-видимому, мѣстомъ заключенія преступниковъ, тогда какъ другіе храмы обращались въ конюшни; оба они были, наконецъ, расстрѣляны ими. Энгельгардтъ, не согласившись присягнуть Наполеону, не позволилъ завязать себѣ глаза предъ расстрѣломъ.

5-го ноября, въ полночь, тронулся изъ Смоленска восвояси Ней и разрушилъ взрывами Королевскую кр\крепость и восемь годуновскихъ башенъ; вслѣдъ за очищеніемъ французами города, въ него вступилъ майоръ Горихвостовъ. Когда стали сводить итоги убытковъ, то оказалось, что Смоленская губернія, не считая муки, овса и пр., пожертвовала 9.824,000 руб., а городъ Смоленскъ понесъ убытковъ на 6.592.000 р. Уборка тѣлъ по губерніямъ продолжалась цѣлые три мѣсяца; ихъ клали скирдами, по двѣ сажени вышины, и, прежде зарытія, сжигали.

Одна изъ площадей Смоленска украшена чугуннымъ памятникомъ 18123 г., въ виде\ обелиска, осѣненнаго крестомъ, съ бронзовыми украшеніями, орлами п французскими пушками, открытымъ въ 1841 году; имѣется также памятникъ Глинкѣ, поставленный на Блоньѣ, противъ дворянскаго собранйя, и открытый въ 1885 году, по подписке№ со всей Россіи; скульпторомъ избранъ по конкурсу профессоръ Бокъ; отлитъ памятникъ на бронзовомъ заводе Морана. Глинка, въ сюртуке%, изображенъ стоящимъ п задумавшимся, будто слушающимъ тй мотивы изъ «Жизни за Царя» и «Руслана и Людмилы, которые изображены бронзовыми нотными знаками на желѣзной рѣшеткѣ памятника.

Изъ общественныхъ садовъ Смоленска особенно замѣчателенъ. Лопатинскйй садъ. Вечеромъ, при освещеніи фонарями и бенгальскими огнями, типичныя очертанія этого замѣчательнаго по своему расположенію сада исчезаютъ. Надо видѣть его днемъ: тогда замѣтно, что онъ очень красиво разбитъ въ древнихъ стенахъ Королевской крепости, сооруженной Сигизмундомъ 1ШЦ; по-

Современная орфография

рили что когда он входил в Смоленск и посетил собор, то в храме Божием увидел кучи больных людей, боровшихся со смертью, видел рожениц, разрешавшихся от бремени, пришедших сюда за невозможностью выйти из города, и, не моргнув бровью, только смотрел, но не говорил ни слова утешения в этой юдоли страдания. Должно думать, что и в те три дня, которые он провел в Смоленске на обратном пути, окружавший его пейзаж был не менее безотраден; но внутреннее состояние его надломленного духа должно было быть совершенно иным. С чисто психологической точки зрения любопытно было бы знать: проскользали ли в его душу воспоминания о числе сотен тысяч людей, отправленных им в загробное бытие, скромных обликах подполковника Энгельгардта и коллежского асессора Шубина, расстрелянных им в Смоленске? Вероятно, нет. Но для Русской земли эти имена бессмертны и, по справедливости, должны бы пользоваться совершенно одинаковой славой, тогда как, почему-то, вследствие странной, но очень нередкой игры случая, о Шубине почти забывают, а помнят только одного Энгельгардта. Оба они были помещиками; оба они, вооружив крестьян и дворовых людей, защищались от мародеров и истребляли их; оба были схвачены французами и посажены в Спасскую церковь, служившую, по-видимому, местом заключения преступников, тогда как другие храмы обращались в конюшни; оба они были, наконец, расстреляны ими. Энгельгардт, не согласившись присягнуть Наполеону, не позволил завязать себе глаза пред расстрелом.

5-го ноября, в полночь, тронулся из Смоленска восвояси Ней и разрушил взрывами Королевскую крепость и восемь годуновских башен; вслед за очищением французами города, в него вступил майор Горихвостов. Когда стали сводить итоги убытков, то оказалось, что Смоленская губерния, не считая муки, овса и пр., пожертвовала 9.824,000 руб., а город Смоленск понес убытков на 6.592.000 р. Уборка тел по губерниям продолжалась целые три месяца; их клали скирдами, по две сажени вышины, и, прежде зарытия, сжигали.

Одна из площадей Смоленска украшена чугунным памятником 1812 г., в виде обелиска, осененного крестом, с бронзовыми украшениями, орлами и французскими пушками, открытым в 1841 году; имеется также памятник Глинке, поставленный на Блонье, против дворянского собрания, и открытый в 1885 году, по подписке со всей России; скульптором избран по конкурсу профессор Бок; отлит памятник на бронзовом заводе Морана. Глинка, в сюртуке, изображен стоящим и задумавшимся, будто слушающим те мотивы из «Жизни за Царя» и «Руслана и Людмилы», которые изображены бронзовыми нотными знаками на железной решетке памятника.

Из общественных садов Смоленска особенно замечателен Лопатинский сад. Вечером, при освещении фонарями и бенгальскими огнями, типичные очертания этого замечательного по своему расположению сада исчезают. Надо видеть его днем: тогда заметно, что он очень красиво разбит в древних стенах Королевской крепости, сооруженной Сигизмундом III; по-