По Западу России. Лист 524, с. 524
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 524
Оригинал
конъ два своихъ орудія и самъ наводилъ ихъ для стрѣльбы по нашимъ. Освященіе церкви послѣдовало только по удаленіи непріятеля.
Неудивительно, что древность Смоленска и его порубежное значеніе для Россіи и Польши вызывало съ давнихъ дней многократныя историческія описанія и монографіи. Еще въ 1804 отпечатана исторія губернскаго города Смоленска, собранная изъ разныхъ лѣтописей и россійскихъ писателей трудами Д. Н. Мурзакевича; гораздо полнѣе составлена «Исторія города Смоленска» П. Никитинымъ, 1848 года; огромное количество матеріаловъ разбросано въ трудахъ нашихъ историковъ, по спеціальнымъ изданіямъ, какъ свѣтскимъ, такъ и духовнымъ, и несомнѣнно, что полное описаніе города, какъ по значенію фактовъ, такъ и по ихъ разнообразію, будетъ однимъ изъ любопытнѣйшихъ.
Уже ко времени прибытія Рюрика Смоленскъ является городомъ; только, какъ почти всѣ наши города, онъ передвинулся съ мѣста: древнѣйшіе храмы его находятся въ предмѣстьяхъ, а не строили же ихъ давно почившіе князья внѣ города.
Несомнѣнно и то, что тамъ, гдѣ теперь раскидываются слободы, старики еще помнятъ грозно шумѣвшій лѣсъ, а на томъ мѣстѣ, гдѣ расположена Никольская слобода, въ 1780 году, въ проѣздъ Екатерины II, лежало чистое поле, и на немъ поставленъ въ тѣ дни временной оперный домъ. Смоленскъ—городъ кривичей, пищу которыхъ составляли, какъ говоритъ лѣтопись, «звѣри и всякая нечистота». Въ 1103 году Мономахъ, предводительствуя союзными княжескими войсками, разбилъ у Хортицкаго урочища половцевъ, назвалъ день побѣды «днемъ праздника русскихъ земель» и, вернувшись въ Смоленскъ со множествомъ овецъ, коней и верблюдовъ, поставилъ церковь Успенія и внесъ въ нее описанную выше икону Одигитріи. Слѣдовалъ длинный рядъ княжескихъ усобицъ, нападеніе татаръ, моровыя язвы и повѣтрія, изъ которыхъ та, что имѣла мѣсто въ 1387 году, была особенно сильна: тогда какъ богатые горожане, кто могъ, давно уже покинули городъ, бѣдные продолжали умирать и, наконецъ, оставшіеся въ живыхъ пять человѣкъ покинули зараженное смрадомъ и наполненное трупами пепелище и заперли городъ. Этимъ завершается, якобы, очень типично, но невѣроятно, первый актъ существованія Смоленска.
Второй актъ начинается въ тѣ дни, когда на западъ отъ Смоленска сложились Польша и Литва, на востокѣ чуть-чуть глянула Москва и еще не было извѣстно, кто соберетъ православную землю Русскую воедино — великокняжескіе домы: Московскій или Литовскій. Литва была въ тѣ дни страной православною и стоять за нее не значило измѣнять русскому дѣлу. Ольгерду Литовскому мечтался общерусскій скипетръ; при немъ, союзные съ нимъ славяне вступили въ Москву и пожгли ее, въ 1370 году подступили они вторично, но не взяли. Пять лѣтъ спустя, въ 1375 году, смоляне, все еще не забывшіе своего единенія съ землею Русскою, участвовали, подъ начальствомъ своего князя Святослава Іоанновича, въ Куликовской битвѣ; но затѣмъ, съ воцареніемъ въ Литвѣ Витовта, приступлено было поляками къ заполячиванію Смо-
Современная орфография
кон два своих орудия и сам наводил их для стрельбы по нашим. Освящение церкви последовало только по удалении неприятеля.
Неудивительно, что древность Смоленска и его порубежное значение для России и Польши вызывало с давних дней многократные историческия описания и монографии. Еще в 1804 отпечатана история губернского города Смоленска, собранная из разных летописей и российских писателей трудами Д. Н. Мурзакевича; гораздо полнее составлена «История города Смоленска» П. Никитиным, 1848 года; огромное количество материалов разбросано в трудах наших историков, по специальным изданиям, как светским, так и духовным, и несомненно, что полное описание города, как по значению фактов, так и по их разнообразию, будет одним из любопытнейших.
Уже ко времени прибытия Рюрика Смоленск является городом; только, как почти все наши города, он передвинулся с места: древнейшие храмы его находятся в предместьях, а не строили же их давно почившие князья вне города.
Несомненно и то, что там, где теперь раскидываются слободы, старики еще помнят грозно шумевший лес, а на том месте, где расположена Никольская слобода, в 1780 году, в проезд Екатерины II, лежало чистое поле, и на нем поставлен в те дни временной оперный дом. Смоленскъ—город кривичей, пищу которых составляли, как говорит летопись, «звери и всякая нечистота». В 1103 году Мономах, предводительствуя союзными княжескими войсками, разбил у Хортицкого урочища половцев, назвал день победы «днем праздника русских земель» и, вернувшись в Смоленск со множеством овец, коней и верблюдов, поставил церковь Успения и внес в нее описанную выше икону Одигитрии. Следовал длинный ряд княжеских усобиц, нападение татар, моровые язвы и поветрия, из которых та, что имела место в 1387 году, была особенно сильна: тогда как богатые горожане, кто мог, давно уже покинули город, бедные продолжали умирать и, наконец, оставшиеся в живых пять человек покинули зараженное смрадом и наполненное трупами пепелище и заперли город. Этим завершается, якобы, очень типично, но невероятно, первый акт существования Смоленска.
Второй акт начинается в те дни, когда на запад от Смоленска сложились Польша и Литва, на востоке чуть-чуть глянула Москва и еще не было известно, кто соберет православную землю Русскую воедино — великокняжеские домы: Московский или Литовский. Литва была в те дни страной православною и стоять за нее не значило изменять русскому делу. Ольгерду Литовскому мечтался общерусский скипетр; при нем, союзные с ним славяне вступили в Москву и пожгли ее, в 1370 году подступили они вторично, но не взяли. Пять лет спустя, в 1375 году, смоляне, все еще не забывшие своего единения с землею Русскою, участвовали, под начальством своего князя Святослава Иоанновича, в Куликовской битве; но затем, с воцарением в Литве Витовта, приступлено было поляками к заполячиванию Смо-