По Западу России. Лист 480, с. 480
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 480
Оригинал
большею частью изображенные на одномъ общемъ листе$. Иногда попадаются картинки изъ русскаго быта, преимущественно буколическаго и батальныхъ сюжетовъ, и портреты генераловъ минувшей войны, съ «бѣлымъ генераломъ» на самомъ видномъ мѣсте.
Здѣшняя интеллигенція очень измельчала и обѣднѣла. Попадаются, правда, подобно дубамъ въ вырубленномъ лѣсу, крупные, родовитые польскіе дворяне, но очень немногіе живутъ въ своихъ имѣніяхъ; въ большинстве случаевъ они доканчиваютъ отцовскіе наслѣдія где-нибудь въ Варшавѣ или за границей. Преобладающйй же элементъ представляютъ изъ себя мелкіе «шляхтичи», служащйе гдѣ-нибудь въ магистратахъ или уездныхъ управленіяхъ.
Сельское хозяйство въ окрестностяхъ Ивангорода, какъ сказано, поставлено на отличную ногу. Система земледѣлія здѣсь плодоперемѣнная и семипольная. Леса расходуются бережливо, чему способствуютъ также и богатыя залежи каменнаго угля, продающегося въ одной цѣнѣ съ дровами (10 коп. пудъ). Скотъ рослый, крупный и молочный; скотоводство, кроме% главнаго продукта—навоза, даетъ весьма значительные доходы съ молочнаго скота, отдаваемаго, обыкновенно, въ аренду (пахту) по 15—20 руб. съ коровы. Молоко, сыръ, масло здѣсь дешевы и хорошего качества. Коннозаводства въ обширныхъ размѣрахъ нѣтъ. Владѣльцы майоратовъ, которыхъ здѣсь не мало, а также крупные землевладѣльцы, вовсе не занимаются хозяйствомъ, сдавая таковое или на руки управляющимъ, или же, мелкими участками, арендаторамъ, между которыми, опять-таки, не немало евреевъ; вредъ системы крупныхъ майоратовъ сказался и здесь.
Хотя почва не можетъ назваться особенно плодородною, но, благодаря толковому хозяйству и прекрасной обработкѣ, урожаи бываютъ ровные и очень хорошйе. Сѣются всѣ хлѣба, а въ послѣднее время стали производить много фабричныхъ растений—-свекловицы и рапса, особенно же съ техъ поръ, какъ хлѣбный нашъ экспортъ затруднился боевыми нѣмецкими пошлинами.
Близъ Ивангорода, въ Новой Александріи уже давно открытъ земледѣльческий институтъ, но пока существованіе его особеннымъ вліяніемъ на улуч- Шене земледѣлйя не отражается. Крупныхъ заведенйй обрабатывающей промышленности тоже нѣтъ. Есть дв%-три винокурни, нѣсколько кирпичныхъ, сахарныхъ, пивоваренныхъ и крахмальныхъ заводовъ, да еще одинъ стеклянный въ Пилавѣ. Торговая и мелкая кустарная промышленность вся находится въ рукахъ евреевъ. И та и другая, главнымъ образомъ, поддерживаются одними войсками и вообще не процвѣтаютъ. Скученность еврейскаго населенія, невозможность переселенйя, ненависть п неспособность его къ какому-либо серьезному физическому труду, страсть къ легкой наживѣ, обусловливаютъ нерѣдко среди евреевъ страшную бедность; необходимость же ѣсть и пить вынуждаетъ ихъ къ покупке и продаже& краденыхъ вещей, что, въ общемъ, вліяетъ на развитіе и поощреніе въ странѣ систематическаго профессіональнаго воровства.
Историческихъ памятниковъ въ странѣ очень много. Вся мѣстность ивангородскаго крѣпостного района служила, и не разъ, театромъ кровавыхъ войнъ. И теперь еще замѣтны остатки шведскихъ окоповъ, развалины крѣпкихъ а&м-
Современная орфография
большей частью изображенные на одном общем листе. Иногда попадаются картинки из русского быта, преимущественно буколического и батальных сюжетов, и портреты генералов минувшей войны, с «белым генералом» на самом видном месте.
Здешняя интеллигенция очень измельчала и обеднела. Попадаются, правда, подобно дубам в вырубленном лесу, крупные, родовитые польские дворяне, но очень немногие живут в своих имениях; в большинстве случаев они доканчивают отцовские наследия где-нибудь в Варшаве или за границей. Преобладающий же элемент представляют из себя мелкие «шляхтичи», служащие где-нибудь в магистратах или уездных управлениях.
Сельское хозяйство в окрестностях Демблина, как сказано, поставлено на отличную ногу. Система земледелия здесь плодопеременная и семипольная. Леса расходуются бережливо, чему способствуют также и богатые залежи каменного угля, продающегося в одной цене с дровами (10 коп. пуд). Скот рослый, крупный и молочный; скотоводство, кроме главного продукта — навоза, дает весьма значительные доходы с молочного скота, отдаваемого, обыкновенно, в аренду (пахту) по 15-20 руб. с коровы. Молоко, сыр, масло здесь дешевы и хорошего качества. Коннозаводства в обширных размерах нет. Владельцы майоратов, которых здесь не мало, а также крупные землевладельцы, вовсе не занимаются хозяйством, сдавая таковое или на руки управляющим, или же, мелкими участками, арендаторам, между которыми, опять-таки, немало евреев; вред системы крупных майоратов сказался и здесь.
Хотя почва не может назваться особенно плодородной, но, благодаря толковому хозяйству и прекрасной обработке, урожаи бывают ровные и очень хорошие. Сеются все хлеба, а в последнее время стали производить много фабричных растений — свекловицы и рапса, особенно же с тех пор, как хлебный наш экспорт затруднился боевыми немецкими пошлинами.
Близ Демблина, в Новой Александрии уже давно открыт земледельческий институт, но пока существование его особенным влиянием на улучшение земледелия не отражается. Крупных заведений обрабатывающей промышленности тоже нет. Есть две-три винокурни, несколько кирпичных, сахарных, пивоваренных и крахмальных заводов, да еще один стеклянный в Пилаве. Торговая и мелкая кустарная промышленность вся находится в руках евреев. И та и другая, главным образом, поддерживаются одними войсками и вообще не процветают. Скученность еврейского населения, невозможность переселения, ненависть и неспособность его к какому-либо серьезному физическому труду, страсть к легкой наживе, обусловливают нередко среди евреев страшную бедность. необходимость же есть и пить вынуждает их к покупке и продаже краденых вещей, что, в общем, влияет на развитие и поощрение в стране систематического профессионального воровства.
Исторических памятников в стране очень много. Вся местность ивангородского крепостного района служила, и не раз, театром кровавых войн. И теперь еще заметны остатки шведских окопов, развалины крепких зам-