По Западу России. Лист 373, с. 372
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 372
Оригинал
Богъ не суровый, мрачный, пугающйй, а Богъ — призывающйй къ себѣ всёхъ и не боящійся свѣта.
Планъ храма—продолговатый четырехугольникъ, имѣющйй на восточной стороне круглую, въ два этажа, алтарную абсиду, а съ восточной — паперть подъ колокольнею. Въ немъ—-три нефа, образуемые восемью столбами. Храмъ рассчитанъ на 3,000 молящихся и имѣетъ весьма просторные, также изукрашенные прекрасною живописью, хоры; обѣ церкви, верхняя и нижняя, съ хорами. Фундаментъ, до оконъ нижняго этажа, болѣе 3-хъ аршинъ изъ сѣраго валаамскаго гранита, а выше идетъ кирпичная кладка; въ окнахъ полированныя колонны тоже изъ местнаго чернаго гранита. Плита, цоколь, кирпичъ, известь, доски и проч.—все, какъ сказано, домашняго приготовленія; пять куполовъ и колокольню увѣнчиваютъ мѣдные вызолоченные кресты, тоже работа монашествующей братіи.
Нельзя не выдѣлить изъ всего описанія чудесную живопись обоихъ храмовъ. По иконописному отдѣлу это — труды іеромонаха Алишя, а по живописному—отца Луки, но при постоянномъ, неустанномъ наблюденіи отца игумена Гавріила. Подъ руководствомъ этихъ высокоталантливыхъ иноковъ работалъ и работаетъ не одинъ десятокъ послушниковъ, обучившихся живописи и иконописи здѣсь же, на Валаамѣ.
Новая колокольня звучитъ своими колоколами очень громко; одинъ только колоколъ въ честь св. апостола Андрея—вѣсомъ въ 1,000 пудовъ; онъ отлитъ При игумене Дамаскинѣ въ 1873 году. Всѣхъ церквей на Валаамскихъ островахъ—б, и на нихъ гудитъ около 4,000 пудовъ мѣди. За 40 верстъ слышится, въ тихую погоду, этотъ чудный перезвонъ, получающйй особенное оживленіе благодаря множеству заливовъ и проливовъ, вдоль которыхъ онъ распространяется, умѣряемый густою, столВтнею хвойною и лиственною растительностью.
Остававшееся свободнымъ до отбытія изъ монастыря время было посвящено прогулке№ въ экипажахъ по островамъ и поездке на небольшомъ монастырскомъ пароходе «Сергий» къ живописному острову св. Александра Свирскаго, самому сѣверному изъ всѣхъ.
Трудно представить себѣ что-либо болѣе живописное, чѣмъ поездка по островамъ въ экипажахъ, равно какъ въ лодке по многочисленнымъ проливамъ. Дороги — превосходны и тянутся по густымъ лѣснымъ участкамъ или небольшимъ полянамъ, перебѣгая несколько мостиковъ. Вследствіе чрезвычайной изломанности береговыхъ линйй острововъ, вслѣдствіе ихъ численности и весьма неодинаковой скалистой холмистости, проезжающий, то и дело, замѣчаетъ новые виды, новыя панорамы, новыя игры свѣтотени и сочетанія скалъ и воды. Для полноты пейзажа необходимо упомянуть о томъ, что вдоль пути попадаются многіе кресты, часовенки, иконы—-видимые слѣды невидимыхъ воспоминанйй о молитвахъ и различномъ значеніи того или другого мѣста.
Но куда бы ни направился путникъ по монастырскимъ владѣніямъ,— вездѣ встрѣчается онъ съ именемъ умершего настоятеля Дамаскина, вступившего въ управленіе монастыремъ въ 1889 году и скончавшегося после$ 42-д%тняго настоятельствованія. Къ которому бы изъ 5 храмовъ монастырскихъ ни
Современная орфография
Бог не суровый, мрачный, пугающий, а Бог, призывающий к себе всех и не боящийся света.
План храма — продолговатый четырехугольник, имеющий на восточной стороне круглую, в два этажа, алтарную абсиду, а с восточной — паперть под колокольнею. В нем — три нефа, образуемые восемью столбами. Храм рассчитан на 3,000 молящихся и имеет весьма просторные, также изукрашенные прекрасной живописью, хоры; обе церкви, верхняя и нижняя, с хорами. Фундамент, до окон нижнего этажа, более 3-х аршин из серого валаамского гранита, а выше идет кирпичная кладка; в окнах полированные колонны тоже из местного черного гранита. Плита, цоколь, кирпич, известь, доски и проч. — все, как сказано, домашнего приготовления; пять куполов и колокольню увенчивают медные вызолоченные кресты, тоже работа монашествующей братии.
Нельзя не выделить из всего описания чудесную живопись обоих храмов. По иконописному отделу это — труды иеромонаха Алипия, а по живописному — отца Луки, но при постоянном, неустанном наблюдении отца игумена Гавриила. Под руководством этих высокоталантливых иноков работал и работает не один десяток послушников, обучившихся живописи и иконописи здесь же, на Валааме.
Новая колокольня звучит своими колоколами очень громко; один только колокол в честь св. апостола Андрея — весом в 1,000 пудов; он отлит при игумене Дамаскине в 1873 году. Всех церквей на Валаамских островах — 5, и на них гудит около 4,000 пудов меди. За 40 верст слышится, в тихую погоду, этот чудный перезвон, получающий особенное оживление благодаря множеству заливов и проливов, вдоль которых он распространяется, умеряемый густой, столетней хвойной и лиственной растительностью.
Остававшееся свободным до отбытия из монастыря время было посвящено прогулке в экипажах по островам и поездке на небольшом монастырском пароходе «Сергий» к живописному острову св. Александра Свирского, самому северному из всех.
Трудно представить себе что-либо более живописное, чем поездка по островам в экипажах, равно как в лодке по многочисленным проливам. Дороги — превосходны и тянутся по густым лесным участкам или небольшим полянам, перебегая несколько мостиков. Вследствие чрезвычайной изломанности береговых линий островов, вследствие их численности и весьма неодинаковой скалистой холмистости, проезжающий, то и дело, замечает новые виды, новые панорамы, новые игры светотени и сочетания скал и воды. Для полноты пейзажа необходимо упомянуть о том, что вдоль пути попадаются многие кресты, часовенки, иконы — видимые следы невидимых воспоминаний о молитвах и различном значении того или другого места.
Но куда бы ни направился путник по монастырским владениям, — везде встречается он с именем умершего настоятеля Дамаскина, вступившего в управление монастырем в 1839 году и скончавшегося после 42-летнего настоятельствования. К которому бы из 5 храмов монастырских ни