Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 290, с. 289

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 290 из 622

С. 289

Оригинал

что, въ тюрьму посадя, держатъ лѣтъ по пяти, шести п больше!» При допросахъ сов\туеті «всячески на словахъ челобитчика пораздробить, и что ни скажетъ записать, и кто умно будетъ разговаривать, то на тонкостныхъ словахъ можно познать, правду ль сперва сказалъ или неправду»; разбойниковъ «больше трехъ пытокъ не для чего пытать». Подробно говорить Посошковъ о необходимости разведенія табаку на югѣ Россіи и какая отъ того прибыль будетъ, очень заботится о сохраненіи въ лѣсахъ орѣховъ, также о томъ, чтобы мелкую рыбешку не вылавливали и, находя, что помѣщики «не вѣковые владельцы» крестьянъ, а только временные, что вековой владѣлецъ ихъ царь.

Ста ая р сса. Прудъ изъ воды муравьевскаго источника. ру ур

Съ фот. грав. Рашсвскйй.

какъ бы замышляетъ, болѣе чѣмъ за сто лѣтъ впередъ, объ образованіи министерства государственныхъ имуществъ: «и ради таковаго великаго земнаго дѣла надлежитъ, чаю, особенную и канцелярію учинить и сборъ въ ней будетъ милліонный и самый основательный». Онъ же предлагалъ устроить въ Москве «великую академію, всѣхъ наукъ исполненную». «Ныне$ у насъ,—пишетъ Посошковъ,—за непорядочное гражданство гніетъ добра много. Русскаго человѣка ни во что не ставятъ»... Несмотря на то, что если «много нѣмцы насъ умнее науками, а наши остротою, по благодати Божіей, но хуже ихъ, а они ругаютъ насъ напрасно»; послѣднее замѣчаніе имѣется не въ книгѣ «О скудости», а въ одномъ изъ другихъ писаній Посошкова.

Другое гораздо крупнѣйшее литературное воспоминаніе Старой Руссы—

Современная орфография

что, в тюрьму посадя, держат лет по пяти, шести и больше!» При допросах советует «всячески на словах челобитчика пораздробить, и что ни скажет записать, и кто умно будет разговаривать, то на тонкостных словах можно познать, правду ль сперва сказал или неправду»; разбойников «больше трех пыток не для чего пытать». Подробно говорить Посошков о необходимости разведения табаку на юге России и какая от того прибыль будет; очень заботится о сохранении в лесах орехов, также о том, чтобы мелкую рыбешку не вылавливали и, находя, что помещики «не вековые владельцы» крестьян, а только временные, что вековой владелец их царь,как бы замышляет, более чем за сто лет вперед, об образовании министерства государственных имуществ: «и ради такового великого земного дела надлежит, чаю, особенную и канцелярию учинить и сбор в ней будет миллионный и самый основательный».

Старая Русса. Пруд из воды муравьевского источника

Он же предлагал устроить в Москве «великую академию, всех наук исполненную». «Ныне у нас, — пишет Посошков, — за непорядочное гражданство гниет добра много. Русского человека ни во что не ставят»... Несмотря на то, что если «много немцы нас умнее науками, а наши остротой, по благодати Божией, не хуже их, а они ругают нас напрасно»; последнее замечание имеется не в книге «О скудости», а в одном из других писаний Посошкова.

Другое гораздо крупнейшее литературное воспоминание Старой Руссы —