По Западу России. Лист 286, с. 285
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 285
Оригинал
нй военный министръ князь Чернышевъ встрѣтилъ эту мысль сочувственно, и въ 1834 году явилось первое маленькое зданіе близъ Директорскаго источника, всего на восемь ваннъ, назначенное исключительно для солдатъ; въ 1889 году построено другое зданйе для кадетъ; въ 1854 г. послѣдовали значительныя увеличенія, а нѣсколько позже приступили къ рытью артезіанскаго колодца, названнаго въ честь тогдашняго министра государственныхъ имуществъ Муравьевскимъ.
Исторйя этого буренйя очень поучительна. Работы начаты въ сентябрѣ 1858 года, потому что Директорский источникъ началъ убывать; въ іюне% 1859 г. достигли могучего минеральнаго ключа въ 17/9°7, густоты, при количестве№ 744 ведеръ въ сутки; по мнѣнію многихъ врачей, между прочимъ, и профессора Здекауера, слѣдовало тогда же дальнѣйшее буреніе прекратить, что и было приказано сдѣлать, но по «какимъ-то обстоятельствамъ» оно продолжалось какъ бы само собою, и въ сентябре№ 1859 г., въ ожиданіи лучшего, достигли источника, совершенно сходнаго съ Директорскимъ. Этимъ сдѣлали то, что Старая Русса лишилась, вероятно навсегда, минеральнаго ключа величайшихъ достойнствъ, который совершенно подходилъ бы къ знаменитому киссингенскому Ракоци.
Старорусскими водами послѣдовательно завѣдовали: военное вѣдомство, удѣлы и медицинскйй департаментъ, вѣдающйй ими и теперь. Замѣчательно, что, когда въ 1865 году, вслѣдствіе№ удачнаго лѣченія великихъ князей Владиміра и Алексѣя Александровичей, покойная императрица Марія Александровна, въ знакъ особаго своего благоволенія, изъявила желаніе передать воды въ собственность города, тогдашніе представители городскихъ интересовъ отказались отъ этой милости изъ боязни «трудности управлять сложнымъ заведенйемъ». Замѣчательно также и то, что, когда, почти одновременно съ этимъ, образовалась компанйя съ полумилліоннымъ капиталомъ для снятія въ аренду водъ, медицинский департаментъ предпочелъ сдать ее одному единоличному арендатору—доктору Рохелю.,
Местные жители передавали, что контрактъ, въ силу котораго воды управляются, былъ заключенъ въ 1868 году на двадцать четыре года, къ выгоде арендатора, въ ущербъ казнѣ, населенію и городу; что, въ виду истеченія срока контракта черезъ четыре года, на ремонтъ и улучшеніе обращено теперь очень мало вниманія, и это оказываетъ дурное вліяніе на состояніе водъ. Люди, заявляющіе подобное мнѣнйе, желали бы только одного: назначенія правительственной инспекціи для наблюденія за водами, дабы дальнейшая судьба ихъ была болѣе обеспечена. Не касаясь сущности приведенныхъ упрековъ, нельзя не найти справедливымъ, что если бы упреки эти и не были вполне% основательны, то желаніе имѣть правительственную инспекцію вполнѣ умѣстно и совершенно скромно, такъ какъ на старорусскіе воды нельзя смотреть, какъ на собственность частную,—они принадлежность государства. Никто, конечно, не можетъ предполагать, чтобъ арендаторъ не имѣлъ права или не желалъ имѣть прибыли, но несомнѣнно, что вмѣсто какихъ-нибудь
Современная орфография
ний военный министр князь Чернышев встретил эту мысль сочувственно, и в 1834 году явилось первое маленькое здание близ Директорского источника, всего на восемь ванн, назначенное исключительно для солдат. в 1839 году построено другое здание для кадет; в 1854 г. последовали значительные увеличения, а несколько позже приступили к рытью артезианского колодца, названного в честь тогдашнего министра государственных имуществ Муравьевским.
История этого бурения очень поучительна. Работы начаты в сентябре 1858 года, потому что Директорский источник начал убывать; в июне 1859 г. достигли могучего минерального ключа в 1 1/8% густоты, при количестве 744 ведер в сутки; по мнению многих врачей, между прочим, и профессора Здекауера, следовало тогда же дальнейшее бурение прекратить, что и было приказано сделать, но по «каким-то обстоятельствам» оно продолжалось как бы само собой, и в сентябре 1859 г., в ожидании лучшего, достигли источника, совершенно сходного с Директорским. Этим сделали то, что Старая Русса лишилась, вероятно навсегда, минерального ключа величайших достоинств, который совершенно подходил бы к знаменитому киссингенскому Ракоци.
Старорусскими водами последовательно заведовали: военное ведомство, уделы и медицинский департамент, ведающий ими и теперь. Замечательно, что, когда в 1865 году, вследствие удачного лечения великих князей Владимира и Алексея Александровичей, покойная императрица Мария Александровна, в знак особого своего благоволения, изъявила желание передать воды в собственность города, тогдашние представители городских интересов отказались от этой милости из боязни «трудности управлять сложным заведением». Замечательно также и то, что, когда, почти одновременно с этим, образовалась компания с полумиллионным капиталом для снятия в аренду вод, медицинский департамент предпочел сдать ее одному единоличному арендатору — доктору Рохелю.
Местные жители передавали, что контракт, в силу которого воды управляются, был заключен в 1868 году на двадцать четыре года, к выгоде арендатора, в ущерб казне, населению и городу; что, в виду истечения срока контракта через четыре года, на ремонт и улучшение обращено теперь очень мало внимания, и это оказывает дурное влияние на состояние вод. Люди, заявляющие подобное мнение, желали бы только одного: назначения правительственной инспекции для наблюдения за водами, дабы дальнейшая судьба их была более обеспечена. Не касаясь сущности приведенных упреков, нельзя не найти справедливым, что если бы упреки эти и не были вполне основательны, то желание иметь правительственную инспекцию вполне уместно и совершенно скромно, так как на старорусские воды нельзя смотреть, как на собственность частную, — они принадлежность государства. Никто, конечно, не может предполагать, чтоб арендатор не имел права или не желал иметь прибыли, но несомненно, что вместо каких-нибудь 18-20,