Глава XVII. Демьян Многогрешный, Глуховские статьи и турецкий протекторат Дорошенко

Серко лишается Атаманства. Разные Посольства к Дорошенке. Поражение Российских войск. Осторожность Гадячан. Многогрешный избирается Гетманом. Приезд в Москву Козацких Посланцев. Царские Полномочные в Украине. Главные статьи Глуховского договора. Условия, на которых Дорошенко поддался Турецкому Султану. Неудовольствие Заднепрских жителей. Бунт Запорожцев. Ханенко. Военные действия. Хмельницкий отсылается в Константинополь. Переписка с Польшею о Киеве.

По убиении Брюховецкого, преданные ему Запорожцы, не желая быть под начальством Дорошенки поддались Хану Крымскому и избрали себе, по его повелению, особого Гетмана, Писаря своего Суховея. В то время управлял этими Казаками Иван Белковский, а не храбрый Серко, по настоянию повелителя Крымцев лишенный Атаманства м удалившийся из Сечи к Буджатским Татарам. Государь, хотя и выслал тогда к Запорожцам свое жалованье, в двух тысячах рублях и разных дарах состоявшее прим. 32, но этот своевольньный народ, как мы выше этого видели, ответствовал изменою на Все Царския милости.

Энгель. Малор. дела, хран. в Кол. Арх.

Суховей, призвав к себе на помощь Татар, отправил к Дорошенке Посольство с уведомлением о но-

Малор. дела, хран.в Кол. Арх.

вом своем достоинстве и с запрещением ему именоваться Запорожским Гетманом. Тогдаж недовольные Суховеем Запорожцы прислали к Заднепрскому Гетману других Послов с просьбою поспешить к ним на помощь для истребления Козацкими мушкетами стрел Татарских прим. 33. Дорошенко принял их с великою честию, роздал им: шубы, сафьяные сапоги, шапки и отпустил на Запорожье с большими дарами для приверженных ему Казаков, которые, однакож, ничего не могли сделать в его пользу. В то время прибыли также в Чигирин Крымские Посланцы от Калги Султана прим. 34 и в след за ними Киевского Кирилловского монастыря монах Иезекииль. этот последний был прислан к Дорошенке от своего Игумена с разными жалобами на Казаков и находился при приеме Татарских Посланников. Дорошенко, по показанию Иезекиила, наговорил им множество грубостей и бил по губам, повторяя несколько раз эти слова: Скажите своему Шайтану или Салтану, что и ему тоже будет, потом велел вытолкать гордых Крымцев из палатки, обнажил мечь свой, и взяв Иезекиила за руку, сказал ему, скрежеща зубами: этим оружием могу я обернуть Крым верх ногами, как дед мой Дорошенко, с четырьмя только тысячами, Крым нивочто обер-

*На полях: Малор. дела, хран. в Моск. Арх. Кол. Ин. дел, 1667 года, Nо 5.*

нул прим. 35. Так при счастии родится в обыкновенном человеке гордость, нечувствительно приближающая его к падению. Дорошенко забыл тогда, что он обязан был Крымцам возвышением своим и что без их пособия, простой Асаул Тетерин никогда не соделался бы Заднепрским повелителем, но из Малороссийских Летописей видно, однакож, что Дорошенко примирился потом с Татарами, ибо в том же 1668 году брат его Григорий действовал вместе с Суховеем и Крымцами против Россиян. Тогда юный Князь Ромодановский потерпел сильное поражение от этих союзных войск у Гайворона (*) и был взят ими в плен; престарелый отец не только не мог оказать пособия любимому сыну, но еще, за малостию ратных людей, принужден отступить к Путивлю. После этого Татары, при наступлении зимы, возвратились в Крым, а Суховей на Запорожье. Григорий же Дорошенко, сведав о сношениях Многогрешного с Российским Полководцем, удалился с своими Казаками в Канев.

Малорос. Летоп.

Следующий поступок Гадячан может служить доказательством, сколь мало были привязаны к Дорошенке Малороссияне этой стороны Днепра. Во время нашествия мятежных Казаков с Татарами на Российския пределы, Степан Гречаный, известный по посольству своему в Крым при Брюховецком, бежал тайно из

Малор. летоп. прим. 36

Гадяча и передался неприятелю. Гадячане, сведав о сем изменническом его поступке и опасаясь, чтоб их не подозревали в подобном вероломстве, посадили мать и жену Гречаного на телегу, вывезли из города и продали в рабство Татарам.

Между тем Многогрешный, расположившшся с предводимыми им войсками в Черниговском полку и своим бездействием являвший приверженность ко Двору Российскому, старался приобресть также любовь своих подчиненных, для получения главного над ними начальства. Он умножил полки новыми Казаками, поступавшими в службу на собственное его жалованье и наимеиованными им Компанейцами. Эти облагодетельствованные им люди склоняли других товарищей своих избрать на будущей раде Гетманом общого их предводителя. Многогрешный, удостоверясь в приверженности к нему войска, созвал в Новгород Северский Козацких Старшин, принял их весьма ласково, приглашал каждый день к своему столу и, представив им необходимость избрать нового начальника, советовал поддаться Царю, для блага и спокойствия Украины. Старшины, ведая расположение Казаков к Многогрешному, принуждены были предложить ему Гетманскую булаву, от которой хитрый этот человек долго, однакож, отказывался и только по усильной просьбе всего войска согласился наконец принять тягостное это, по словам его, иго.

*На полях: Ригельм.*

В начале Января, 1669 года, прибыли в Москву Малороссийские Посланцы: от Черниговского Архиепископа

*На полях: Малор. дела, хран. в Кол. Арх. 1669 года, Nо 2.*

Лазаря Игумен Иеремий, а от Гетмана Многогрешного Генеральные: Обозный Петр Забела, Судья Иван Домонтович и Асаул Матвей Квинтовка с прошением: о прянятии его, Гетмана, в Государево подданство со всеми духовными и всякого чина Малороссийскими жителями; о прощении вины их и подтверждении прежних вольностей.

В данном Многогрешным Козацким Посланцам наказе поручено было им, 4 ою статьею, стараться, чтобы были выведены из Малой России ратные люди и чтоб, кроме Киева, нигде не было Царских Воевод, а 11 ою статьею им же велено убедительнейше просить Государя, от имени всех Малороссиян, чтобы он не отдавал Польскому Королю Киева, первопрестольного града Царства Руского, от которого искони на всю Россию возрасла благодать Божия и на коем утверждается вся Украина.

Козацкие Полномочные имели неоднократные в Москве переговоры с Боярами о разных войсковых надобностях. Из дел Коллежских видно, что ближний Боярин, Оружейничий и Наместник Ржевский Богдан Матвеевич Хитрово, в говоренной им тогда речи, описал этим представителям вождя Малороссиян примерную верность к Российскому престолу Гетмана Богдана Хмельницкого и беспрестанные их измены при преемниках его: Виговским, Юрии Хмельницком и Брюховецком, также упомянул: "что Государь, по заключении с Польшею перемирия, дал Королю двести тысяч рублей для

Малор. дела, 1669 г. Nо 2.

освобождения их соотчичей от Польского гонения и что в благодарность за это отеческое попечение о них Российского Самодержца обязаны они служить ему верою и правдою, до достохвальному примеру незабвенного Хмельницкого и своей присяге."

В след за Козацкими Посланными прибыли в Глухов, для избрания Гетмана и постановления новых статей, Царские Полномочные Боярин, Воевода и Наместник Белогородский Князь Григорий Григорьевич Ромодановский; Стольник, Полковник и Наместник Серпуховский Артамон Сергеевич Матвеев и Дьяк Григорий Богданов. Черниговский Архиепископ Лазарь Баранович, Старшины и предводимые Многогрешным Козацкие полки, также явились на эту Раду, для подтверждения учиненного уже ими выбора. 3 Марта открылось торжественное это собрание. По прочтении Царского Указа, коим Государь, снисходя на слезное прошение Малороссиян и их Пастыря, отпущал им вины и обнадеживал их своею высокою милостию, обявлено было Боярами предстоявшим на Раде, чтобы они избрали себе Гетманом вольными голосами, кого возлюбят. Тогда Генеральные Старшины, Полковники, Казаки и чернь единогласно восклицали: люб нам Демьян Игнатов; его хотим мы иметь Гетманом. Князь Ромодановский вручил в то время Многогрешному следуемые ему клейноты и по приведении его, Старшин, войска и народа к присяге в верноподданстве Государю, предложил Гетману и бывшим на Раде Козацким чиновникам, подтвердить подписью прежния договорные статьи

*На полях: Малор. дела, хран. в Кол. Арх. 1669 г. Nо 3.*

и постановил с ними новые, из которых главные были следующого содержания:

1) Его Величество не только прощает все измены Малороссийского народа, но еще предает те вечному забвению, обещая содержать впредь Малороссиян в Царском своем призрении и милости.

2) Подтверждает пожалованные им при Гетмане Богдане Хмельницком права и вольности.

3) Воеводам и ратным людям для обороны от неприятеля быть только в Киеве, Переяславле, Нежине, Чернигове и Остре, с тем, чтоб они не мешались в Малороссийския дела. Доходы же собирать в казну Малороссиянам, как было при Богдане Хмельницком.

4) Старшинам и тридцати-тысячному Козацкому войску получать жалованье из вышепомянутых доходов, а не из Царской казны, в чем им отказано.

7) На просьбу, чтоб Государь не отдавал Киева Полякам, постановившим будто на Сейме превратить в Римские костелы все православные церкви и намеревающимся перенесть в Польшу Святые мощи, от чего в Украине происходит не малая смута, ответствовано: что Киев принадлежит Заднепрской стороне, почему не следует им вступаться в чужия дела, и что отдалясь от России, они сами были виновниками таковой уступки и постановленного в Андрусове договора.

См. в прилож. к этой Части Nо 10 и 11.

12) В переписке с соседними Государями отказано.

26) Гетману и армате войсковой позволено быть в Батурине.

Дорошенко же, лишась надежды соделаться Малороссийским Гетманом и имея против себя двух сильных Государей, дружеским союзом соединенных, решился поддаться Турецкому Султану, для удержания за собою владычества над Заднепрскою Украиною. Сначала отправил он в Константинополь с этими предложениями какого-то Портянку, а потом Войскового Судью Белогруда. В Коллежском Архиве хранится договор, на основании которого этот предводитель Казаков присоединился к Оттоманской Порте. Главные статьи оного следующия прим. 37:

*На полях: Малор. Летоп. Малор. дела, хр. в Кол. Арх. 1668 г. Nо 2.*

1) Запорожское войско обязывается сражаться с врагами блистательной Порты.

2) Порта взаимно обязана вспомоществовать Запорожскому войску: Крымскими, Нагайскими, Буджатскими и другими Татарами.

3) Гетман получит от Султана знамя и булаву.

4) Запорожцы имеют быть свободны от всяких податей и налогов и предводитель их Петр Дорошенко да сохранит, по свою смерть, Гетманское достоинство.

5) Вспомогательное Турецкое или Татарское войско не должно разорять Божии храмы и Козацкия имения, также брать в плен тамошних жителей.

6) Духовенство имеет быть под управлением своего Митрополита.

7) Порта Оттоманская и Хан Крымской без согласия и предварительного сношения с Гетманом и Запорожским войском да не приступят к миру и не начнут брани с Королем Польским и Царем Московским.

8) Когда Запорожское войско, с помощию Турецкого, овладеет каким либо городом или местечком, те имеют оставаться за Гетманом и войском Запорожским.

9) В случае, если Турецкой Султан и Хан Крымской не одобрят этого постановления, Гетман и войско Запорожское о себе и о сохранении прав и вольностей своих инако будут промышлять.

По показанию Зиморовича, Дорошенко отправил тогда в Константинополь детей своих, в залог своей верности, от Турецкого же Двора получил только несколько тысяч пограничного войска, по большой

Малор. Летоп.

части Белгородских Татар. Прибывший с ними Чауш вручил Дорошенке бунчук и обявил ему именем своего повелителя: чтоб он страшился изменить блистательной Порте; что обладатель её не будет подражать в подобном случае Царю Московскому и Королю Польскому, и что ни один Казак не избегнет страшного его гнева. В то самое время грозная туча находила на Заднеприе со стороны Крыма. Мстительные Запорожцы не только вооружили Татар против Дорошенки, но еще отклонили от него предводимые им полки: Корсунский, Уманский, Белоцерковский, Паволоцкий и Брацлавский. Дорошенко, для собственной безопасности, принужден был окружить себя наемными людьми. Слух о принятом им подданстве не только распространился тогда в его лагере, но и между простым народом. Многие не хотели верить, что предводитель их поддался непримиримому врагу и утеснителю их веры, другие предлагали сменить его и изгнать из Украйиы прибывших к нему Музульман. Дорошенко, для успокоения этого волнения, ложно уверял всех, что сообразуясь с обстоятельствами, испросил он у Султана вспомогательное войско против Крымцев и что никогда не поставит он над своими соотечественниками ненавистника православия. Вскоре толпа Татар, соединенная с Запорожцами и недовольными Казаками, осадила Дорошенку в селе Коновце, близь Канева. От этого замешательства избавил Заднепрского Гетмана Турецкой Чауш, приказав Татарам, именем верховного главы их Султана, удалиться в Крым. Суховей, при этот неудаче, уступил начальство над Запорожцами

*На полях: Ригельман.*

Уманскому Полковнику Ханенке и скрылся в Ханских областях от преследования сильного соперника. Тогда Дорошенко, с помощию Белгородских Татар и приверженных ему Казаков, водворил прежнее повиновение в своих полках; но любви народной не мог уже приобресть: учиненное им предательство навсегда лишило его её.

Дорошенко, подтвердив присягою новое свое подданство, отпустил в Константинополь Чауша, щедро им одаренного, и желая отомстить Многогрешному за оказанное им вероломство, отправил против него несколько своих полков с Белгородскими Татарами. Это Войско, бывшее под начальством Наказного Гетмана Корецкого, получило от Дорошенки повеление защищать преданные ему до того полки: Лубенский и Гадячский, остальные же привесть в его повиновение. Оно, неожиданньм своим вторжением, причинило тогда большой вред на этот стороне Днепра. Многия местечки и селения были преданы огню, жители же оных, избегшие меча неприятельского, увлечены в плен Татарами. Лохвица имела подобную участь; но намерение Дорошенки не было увенчано желаемым успехом. Вскоре воины его с стыдом принуждены были отступить за Днепр, при появлении двадцати-тысячного Российско-Козацкого войска, под начальством Многогрешного. Тогда же этот Гетман, в Октябре месяце, 1669 года, привел в подданство Государю жителей Ромна, Чернухи, Куренки и Городища.

Малор. дела, хран. в Кол. Арх. Ригельман.

В это время Дорошенко должен был еще защищаться в подвластной ему Украине от непримиримых

Малор. Летоп.

врагов своих: Суховея и Ханенки. К ним присоединился также малодушный Юрий Хмельницкий, после Мариенбургского своего заточения в разных местах скитавшийся. Уповательно, они пригласили его в свое товарищество в намерении, возвратив ему Гетманство, низвергнуть с оного Дорошенка; но этот последний принял деятельнейшия против этого меры. После неудачной битвы осажденный многочисленным Крымским и Запорожским войском в Стеблеве, близь Корсуня, с помощию храброго Серки, не только одержал он верх над своими врагами, но еще обратил их в бегство. В числе пленных, захваченных предводимым им войском, находился несчастный Хмельницкий, который тогдаже отправлен был Дорошенком в Константинополь и заключен в крепость. Монашеское платье не сокрыло его от проницательного взора Казаков. Так неумеренное честолюбие ввергает в бедствия человека, всегда управляемого своими страстями и желающого восторжествовать даже над гонениями злого рока! Дорошенко намеревался тогда, расположив свои войска на зимних квартирах, выступить весною против Многогрешного, но союзники его Белгородские Татары, обогащенные отнятою ими добычею и забравшие в плен множество Малороссиян, удалились в свои ущелины близь Акермана. Тщетно Дорошенко жаловался на это Порте: в Диване смеялись над его представлениями, ибо не настало еще время, в которое надлежало Туркам решительно подкреплять его.

Между тем на созывательном в Варшаве Сейме, бывшем в Ноябре 1668 года, рассуждали о приближав-

*На полях: Диплом. Собр. дел Польск. Дв.*

шейся, в силу седьмой статьи Андрусовского договора, отдаче в Польскую сторону города Киева. С таковым представлением прибыл в Москву, 4 Февраля 1669 года, один из земских Послов Стефан Франциск Медешка, Писарь Ковенский, и на другой день подал Государю от Примаса Грамоту, изявлявшую несомненную всей Речи Посполитой надежду на уступку её 15 Апреля Киева, со всем воинским снарядом и всякою живностию.

Толь важное требование Примаса, хотя, по видимому, и заслуживало уважение Российского Самодержца, но Царь Алексей Михайловичь имел тогда неоспоримое право нарушить Андрусовский договор, несоблюденный во всей точности Поляками. Он ответствовал Примасу: "что созывательный в Польше Сейм, презря обещание бывшого Короля прим. 38 о скорейшей присылке на сезд Послов для исполнения союзной статьи, таковым отлагательством учинил тщетными все прежния совещания; что Россия, не смотря на эту неправду, свято соблюдала Андрусовской договор и вспомоществовать Польше, как войсками, так и всеми радетельными промыслами, и что, наконец, общая польза требует, чтобы дружелюбное согласие не было нарушено союзными Державами в то самое время, как Турецкой Двор ополчается, вместе с Крымским, на Украину. Относительно же возвращения Киева Государь присовокупил:

Диплом. Собр. дел Польского Двора.

что как мятежные Казаки воспользуются этим случаем для приглашения к себе Агарян и возобновления страшной войны в Украине, то безответным явится он перед престолом Божиим, если не отвратит такую гибель от тамошнего народа и подвергнет опасности самой Киев, стоивший ему толиких издержек и всегда Речью Посполитою Польскою пренебрегаемый."

Государь, защищая таким образом древнюю столицу великих своих предков, действовал не по одному влечению своего сердца: он исполнял также желание Малороссиян. Не только Гетман Многогрешный со всем войском умолял его о том, но и Духовенство Малороссийское, особливо Киевопечерский Архимандрит Иннокентий Гизель, Митрополит Иосиф Тукальский и Черниговский Архиепископ Лазарь Баранович. Все обстоятельства благоприятствовали тогда мудрым намерением Обладателя России и ожиданию его подданных. Польша не могла ссылаться на утраченные ею права: отречение Казимира от престола, выбор нового Короля, несогласие с Оттоманскою Портою, влияние её на Заднепрскую Украину — привели в великое растройство это Государство. Дружба России была дла оного необходима. Уступка Киева долженствовала соединить теснее союз двух единоплеменных народов, Государь твердо решился охранять драгоценное для него наследие, и Польша, как мы ниже этого увидим, принуждена была преклонить перед ним гордую свою выю.

*На полях: Малор. дела, хран. в Кол. Арх.*