История древнего Галичско-русского княжества. Часть третья. Лист 98 - с. 96
Скан издания 1855 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
войска переправились черезъ Днѣпръ и поразили встрѣченный Татарскій разъѣздъ, Татары дабы спасти жизнь воеводы своего зарыли его въ землѣ, что Русскіе его нашли а Половцы умертвили; — что въ самомъ сраженіи на Калкѣ, Половцы не выдержавъ натиска Моголовъ, смѣшались, обратили тылъ, въ замѣшательствѣ устремились на Русскіе полки, разстроили ихъ, и были виною пораженія и пр. и пр. — Но мы считаемъ всѣ эти прибавки, не приведенныя нами въ нашемъ разсказѣ, выдумками какого либо Новгородскаго позднѣйшаго составителя лѣтописей, другими переписчиками болѣе или менѣе заимствованными; вопервыхъ по тому: что современный сочинитель Ипатіевской лѣтописи, соучастникъ въ переправѣ чрезъ Днѣпръ, и походѣ въ степь, — очевидецъ сраженія на Калкѣ, о вышеприведенныхъ обстоятельствахъ, — вписивая даже мелочи, — совсѣмъ неупоминаетъ, — что же онъ соучаствовалъ въ этомъ походѣ, служатъ доказательствомъ слова лѣтописи, „_ВСЯ НАМЪ по суху же Днѣпръ перешедшимъ._“— Во вторыхъ, никто не станетъ вѣрить, чтобъ лошадьми, буйволами, верблюдами и дѣвками можно было склонить всѣхъ Русскихъ князей къ войнѣ сопряженной съ столь многими издержками и пожертвованьями, если бы не было важнѣйшихъ побудительныхъ поводовъ, какъ буйволы и верблюды, и думаемъ, что преувеличенный разсказъ бѣжавшихъ Половцевъ, о богатствѣ пришельцевъ, ограбившихъ Закавказскія страны, заохотилъ паче всего Русскихъ князей, искать чужестранцевъ въ отдаленной степи, разбить ихъ и нажить себѣ знатную добычу. — Что же касается убійства пословъ, то уже всякій убѣдится, что это есть сущая пелѣпость[?], чужда даже полудикимъ народамъ, тѣмъ паче Русскимъ князямъ, прежде нашествія Моголовъ, которые никогда не обагрялись кровію пословъ, иногда заклятыхъ враговъ своихъ Печенѣговъ и Половцевъ, наносящихъ имъ безпрестанныя обиды и оскорбленія, которые имѣли сношенія и отношенія со всѣми образованными народами, и славились своимъ праводушіемъ и благородствомъ, а въ особенности нашъ Мстиславъ Галичскій и пр. — Но довольно тѣхъ опроверженій. Мы употребили ихъ нашихъ Галичскихъ читателей ради, чтобъ они, сравнивая нашу повѣсть съ другими сказаніями, не уличали насъ въ опущеніи историческихъ фактовъ; а теперь возвратимся къ домашнимъ, — Галичскимъ дѣламъ.
Современная орфография
войска переправились через Днепр и поразили встреченный татарский разъезд, татары дабы спасти жизнь воеводы своего зарыли его в земле, что русские его нашли а половцы умертвили; — что в самом сражении на Калке, половцы не выдержав натиска Моголов, смешались, обратили тыл, в замешательстве устремились на русские полки, расстроили их, и были виною поражения и пр. и пр. — Но мы считаем все эти прибавки, не приведенные нами в нашем рассказе, выдумками какого-либо новгородского позднейшего составителя летописей, другими переписчиками более или менее заимствованными; вопервых по тому: что современный сочинитель Ипатьевской летописи, соучастник в переправе чрез Днепр, и походе в степь, — очевидец сражения на Калке, о вышеприведенных обстоятельствах, — вписивая даже мелочи, — совсем неупоминает, — что же он соучаствовал в этом походе, служат доказательством слова летописи, «ВСЯ НАМ по суху же Днепр перешедшим.»— Во вторых, никто не станет верить, чтоб лошадьми, буйволами, верблюдами и девками можно было склонить всех русских князей к войне сопряженной с столь многими издержками и пожертвованьями, если бы не было важнейших побудительных поводов, как буйволы и верблюды, и думаем, что преувеличенный рассказ бежавших половцев, о богатстве пришельцев, ограбивших Закавказские страны, заохотил паче всего русских князей, искать чужестранцев в отдаленной степи, разбить их и нажить себе знатную добычу. — Что же касается убийства послов, то уже всякий убедится, что это есть сущая пелепость[?], чужда даже полудиким народам, тем паче русским князям, прежде нашествия Моголов, которые никогда не обагрялись кровию послов, иногда заклятых врагов своих Печенегов и половцев, наносящих им беспрестанные обиды и оскорбления, которые имели сношения и отношения со всеми образованными народами, и славились своим праводушием и благородством, а в особенности наш Мстислав Галицкий и пр. — Но довольно тех опровержений. Мы употребили их наших галицких читателей ради, чтоб они, сравнивая нашу повесть с другими сказаниями, не уличали нас в опущении исторических фактов; а теперь возвратимся к домашним, — галицким делам.