Иван Остапович Выговский

1657—1659 гг. Иван Остапович Выговский происходил из мелкой русской шляхты. В Овручском повете киевского воеводства было несколько сел боярских, признанных в шляхетских правах. В одном из этих сел, Выгове, жил многочисленный род Лучичей; которые по месту происхождения назывались Лучичи-Выговские, а впоследствии просто Выговские. Из родственников Ивана Остаповича мы встречаем в исторических известиях его отца, Евстафия или Остапа состоявшего на службе у митрополита Петра Могилы, и мать, двоюродных братьев: Данила, Константина и Федора; дядю его Василия, овручского полковника, и племянника Илью, — бывших его ревностными помощниками; кроме того, встречаем неизвестно в каком родстве состоящого с ним сотника, Самуила Выговского. Иван Остапович получил хорошее образование и „был беглым в делех писарских" (прим. 11).

В конце тридцатых годов XVII столетия он состоял в должности регента (правителя дел) земского Луцкого суда и должность эту он оставил в начале сороковых годов; затем он получил видную должность писаря при польском комисаре, управлявшим Украиной вместо гетмана, как это было постановлено договором, заключенным после войны Остраниновой с поляками. В это время он познакомился с Богданом Хмельницким, тогда еще сотником чигиринским. В битве при Жолтых Водах Выговский, находившийся тогда в польском войске, был взят в плен татарами; его выкупил Хмельницкий за малую цену: по преданию „за едну выминял шкапу" (прим. 12). Зная образование и ум Выговского Хмельницкий сделал его генеральным войсковым писарем; в этой должности Иван Остапович пребывал 9 лет, до смерти Хмельницкого. После смерти Богдана Хмельницкого внутренние отношения в Малороссии представляли следующие черты. В массе населения края происходили сильные неурядицы.

Хотя в борьбе Хмельницкого с Польшей — в деле освобождения Украины — принимал участие весь народ и следовательно права и преимущества, добытые Хмельницким, должны были распространиться на всех, но, в силу сложившегося в то время строя понятий и общественной жизни, все население, по окончании борьбы; распалось на: посполитых, возвратившихся к земледельческим занятиям, и казаков, на обязанности которых лежало охранять возникающий порядок вещей. Масса народная протестовала против такого разделения во все время гетманства Хмельницкого, но еще резче протест выразился после его смерти. Между тем и в среде самих казаков возникло как бы два сословия: значных, т. е. старшин, богатых казаков и шляхтичей, приставших к козацтву и простых, которых эта аристократия называла казацкою чернью.

Тут опять возникает антагонизм: старшины все более и более стараются расширить свою власть и поземельные владения в ущерб значению черни, тогда как чернь и поспольство с своей стороны всегда готовы по возможности противодействовать возвышению значных. Но противодействие это не влекло за собою никаких существенных результатов, оно кончалось только заменою одного лица другим, которое в свою очередь попадало в разряд значных и тем самым возбуждало против себя неудовольствие масс. Вследствие сложившихся таким образом интересов народонаселения, в политическом отношении население Украины представляло две партии: к первой принадлежали: большая часть старшин, значных казаков, шляхтичей, сам гетман Выговский и его родственники; в числе их находились несомненно все более просвещенные и интелигентные люди казацкой среды, высшее православное духовенство, желавшее сохранить автономное церковное управление и богатые мещане южнорусских городов.

Политическим идеалом этой партии было сохранение и развитие автономии края, для этого признавали необходимым соединение Украины с Польшей на правах федеративных, с сохранением полного внутреннего самоуправления и совершенной равноправностью с другими частями Речи Посполитой в политическом отношении. Польский народ должен был соединиться с малорусским как равный с равным для взаимного охранения своих прав и вольностей, причем Украина должна была принять все польские государственные учреждения. Отрицательная сторона в стремлениях этой партии — это пристрастие в шляхетским польским порядкам и желание вопреки народным стремлениям организовать дворянское сословие по образцу польского шляхетства со всеми его правами и привилегиями. Другая партия, чисто народная, состояла исключительно из поспольства и простых казаков, которым ближе были интересы поспольства, прямо противоположные шляхетским идеалам значных Казаков.

Поспольство было искренно предано России и видело исключительно в царской власти гарантию против восстановления польско-шляхетских порядков в той или иной форме. К несчастию, среди этой партии недоставало образованных и просвещенных представителей и она в своих действиях и симпатиях руководится не столько ясным сознанием своих интересов, сколько инстинктом. В силу этого, в движениях черни и поспольства заметно постоянное колебание: народная партия стоит за подчинение царю, но возстает против самовольных поступков московских воевод. Они желали бы сохранит областную автономию; но вместе с тем из-за страха, старшин и проводимого ими соединения с Польшею, они готовы пожертвовать этою автономиею и противодействуют всем начинаниям старшин, клонившимся к её удержанию или развитию. Идеал посполитой партии это казацкое устройство, с полною сословною равноправностью.

В силу этого к народной партии постоянно примыкает Запорожье, исполнявшееся почти исключительно из массы поспольства, и осуществившее этот идеал в устройстве своей общины. Вообще можно заметить, что в географическом отношении партия старшин была сильнее в старых казацких поселениях на правом берегу Днепра, напротив народная партия были сильнее на левом берегу, в стране новозаселенной выходцами, бежавшими от польского крепостного права. В таком положении застала Украину смерть Богдана Хмельницкого. Перед его кончиной на Чигиринской раде преемником ему был назначен 16летний его сын Юрий, хотя старый гетман и отклонял это избрание, предлагая в гетманы Выговского. Едва успели схоронить Хмельницкого, как старшины и заслуженные казаки, считавшие позором для себя повиноваться мальчику, начинают роптать против Юрия. Этим настроением воспользовался и постарался развить его Выговский, считавший гетманство Юрия узурпацией своих прав.

Как друг отца, Иван Остапович сообщает молодому Юрию о недовольстве против него и советует ему отказаться перед радой от гетманского уряда, чтобы таким поступком заслужить расположение народа. В тоже время Выговский и другие старшины обещают отказаться от своих урядов. В Чигирине 24 августа 1657 г., собрана была рада казацких старшин; на ней Юрий Хмельницкий сложил знаки своего достоинства и предлагал выбрать другого гетмана; тоже сделали с своей стороны: Выговский — генеральный писарь, обозный генеральный Тимофей Носач и генеральные судьи. После шумных совещаний, многократных отказов со стороны избираемых, рада постановила, что номинальным гетманом считается Юрий Хмельницкий, но до его совершеннолетия, он отправиться учиться в киевскую академию, наказным же назначается Иван Выговский, и на универсалах он должен будет подписываться „гетман на тот час".

Получив клейноды; Выговский тотчас же вступил в управление: он известил о своем избрании запорожцев, уверяя, что без их утверждения не останется гетманом, затем послал послов с изъявлением приязни к польскому королю и к крымскому хану. Желая упрочить свое положение соблюдением всех казацких прав, новоизбранный гетман созвал другую раду в Корсуне; здесь, по обычаю избирательному собрались представители от всех полков и сотен. Рада продолжалась два дня; Выговский был утвержден в гетманском достоинстве казаками и решено было просить царя с своей стороны утвердить гетмана и оставить казакам все их вольности; причем ходатайствовать о том, чтобы воевод и гарнизонов московских не размещать в полках Украины. В желании этом сказывалось опасение гетмана и старшины, за областную автономию страны. С возведением Выговского в гетманское достоинство, партия старшин приобретает руководящее положение в Украине.

Она окружает нового гетмана, поддерживает его и вместе с ним пытается осуществить свои стремления. Самыми деятельными помощниками гетмана являются родственники Выговские, генеральный судья Богданович-Зарудный. обозный Тимофей Носач; подольский полковник Богун, знаменитый сподвижник Богдана Хмельницкого; переяславльский полковник Павел Тетеря, Прилуцкий — Петро Дорошенко и др. Наиболее выдающимся её представителем был известный своею ученостью Юрий Немирич. Для противовеса партии гетмана, народная партия выдвигает против него одного за другим нескольких кандидатов на гетманство. Такими кандидатами были: вначале, Юрий Хмельницкий и Барабаш, поддерживаемые запорожцами; Искра и Цюцюра, выдвинутые московским правительством, и Пушкарь, опирающийся на массу народную. Все эти претенденты; кроме Юрия Хмельницкого, действуют прежде всего путем доносов и интриг.

В таком характере действий мы видели начало тех приемов, которые впоследствии составляют хронический недуг в политической жизни левобережной Украины. Наиболее выдающимся из всех названных претендентов, был полтавский полковник, Мартын Пушкарь, человек чрезвычайно энергический и независимый, истинный представитель демократических интересов. Вокруг него начала группироваться голота бездомная и бесправная часть населения, побуждаемая к восстанию антипатией против привилегированного класса старшин, избранником которых был Выговский. В короткое время собрался полк до 20,000 человек, названный дейнеками, под предводительством Пушкаря ж открылась междоусобная борьба, сопровождаемая грабежом имений значных казаков, чем дейнеки и восстановили против себя все зажиточное население края.

Пушкарь не принял предложенного гетманом мира, тогда Выговский попытался усмирить его силою, но оказалось, что возставшие пользовались сочувствием в массе населения: казацкие полки, отправленные против Пушкаря, на дороге рассеялись. Пришлось пустить в дело затяжные (наемные) полки, состоявшие из сербов, валахов, поляков и немцев, и союзников татар. В битве под Полтавою Выговский, благодаря военной хитрости и отсутствию дисциплины в войске дейнеков, одержал решительную победу, Пушкарь со всей голотой погиб, а помогавшие ему запорожцы со своим предводителем Барабашем успели уйти. Полтава была сильно разграблена татарами, союзниками гетмана; в тоже время полковники усмиряли возмущение в других городах. Это случилось в январе 1658 г. Также неудачно было в следующем году восстание другого претендента, Искры, который был убит в стычке; вместо него является претендентом на гетманство Беспалый, признанный в этом достоинстве от имени царского кн.

Ромодановским, начальником великорусских войск на Украине. Но, боясь участи своих предшественников, Беспалый не отваживается оставить лагерь московских воевод, и только вместе с ними бывает в походах против Выговского; наскучив пассивною ролью, он при появлении нового соперника, Цюцюры, отказывается добровольно от уряда гетманского. Новый претендент продолжает политику своего предшественника, также точно действует за одно с воеводами против Выговского и вообще является такой же бесцветной личностью, как и Беспалый. Он хотя пережил время гетманства Выговского, но гетманского достоинства после него не получил. Так как большинство казаков разделяли народные интересы и всегда оказывали поддержку народной партии; то в борьбе с предводителями этой партии гетман принужден был действовать с помощью затяжных, т. е. наемных войск из сербов, поляков, немцев и союзников татар, которые зачастую принимались грабить местное население, не разбирая были ли то сторонники или враги.

Не находя сочувствия в массе народной, Выговский пытается распространить свои убеждения между значными казаками частым созыванием рад, состоявших из старшин. Такое значение имели рады, которые он собирал; в Чигирине 24 августа 1657 г., где и был выбран наказным гетманом; в Корсуне, вскоре после первой, — здесь он был утвержден в гетманском достоинстве. Затем была созвана рада в Переяславле, где московский посол предлагал выбрать нового гетмана. К этому времени в Украине настойчиво распространился слух, будто московское правительство стремится ограничить все права казаков, в том числе ж право избрания гетмана. Поэтому на Переяславльской раде казаки единогласно подтверждают Выговского в гетманском достоинстве и тем отстаивают свое избирательное право; однако на этот раз рада принуждена была согласиться на присылку воевод в украинские города. Больше других имела значения рада, созванная в Гадяче, на которой редижирован был знаменитый Гадячский договор с поляками.

Последняя рада, созванная Выговским под Германовкой, оказалась неудачной для него: на ней Выговский был отрешен от гетманства и передал булаву Юрию Хмельницкому. Влияние Выговского на старшин отразилось на политических отношениях. Главные политические сношения, от которых зависело устройство судьбы Украины, происходили с московским государством. Со смерти Богдана Хмельницкого в действиях московского правительства ясно видно желание довести Украину до той же степени подчиненности верховной власти; на какой стояли области, раньше присоединенные к московскому царству. Стремление сократить автономию края проявляется во всех требованиях, предъявляемых путем частых посольств из Москвы. Первым поднят был вопрос о патриархате. Тотчас после Корсунской рады, на которой Выговский признан гетманом, случилось избрание киевского митрополита. Киевский воевода, Бутурлин, отказался присутствовать на выборах и прямо объявил требование, чтобы южнорусская церковь подчинилась московскому патриарху.

Затем послы от имени царя несколько раз требуют, чтобы Выговский ехал на поклон в Москву, получил бы там подтверждение в гетманском достоинстве и окончательно установил свои отношения к правительству. Гетман постоянно откладывает поездку под предлогом неурядиц на Украине и необходимости усмирять возмущения, в действительности же он боялся встретить предложения, которые легче было бы отклонить, оставаясь на Украине. Вопросом существенной важности, послужившим главным поводом к недовольству для партии старшин, была присылка воевод и гарнизонов великорусских, при посредстве которых правительство рассчитывало довершить дело объединения Украины. Вопрос о воеводах стоял одним из первых во всех посольствах из Москвы в Украину и обратно. На Переяславльской раде 1657 г. старшины принуждены были согласиться на учреждение воеводств в пяти главных городах Украины.

Вслед за тем, когда началась у гетмана борьба с Пушкаренковой партией, старшины нашли необходимым заручится поддержкой со стороны московского правительства и обратились к нему с такими же обещаниями полного подданства, какие давала враждебная им партия. Полковник Лесницкий, отправленный в Москву, от имени гетмана и всего войска запорожского просил прислать воевод и комисаров в главнейшие города Украины для составления реестров казакам, которых должно быть не более 60 тысяч. Но все эти переговоры велись не искренно, поэтому прибытие воевод было встречено враждебно и, разделавшись с внутренним неприятелем, Выговский воспользовался этим прибытием, как благовидным предлогом. Он приказывает всем полкам готовиться к походу и посылает их под предводительством своего брата Данила с поручением взять Киев и выгнать оттуда воеводу Шереметьева с царскими войсками.

Не смотря на то, что главная масса населения Киева, именно мещане, оказались на стороне нападающих, попытка овладеть столицей юго-западного края кончилась неудачно — все нападения казаков были отбиты великорусскими гарнизонами. Затем Выговский прекращает на время борьбу, созывает раду в Гадяче ж тотчас по окончании её целым рядом универсалов возбуждает народ к восстанию против Москвы, собирает полковые рады, на которых приглашает казаков выгонять воевод. Наконец после Конотопской битвы, где великорусское войско понесло сильное поражение, воеводы были прогнаны в Путивль. Но их в скором времени призывают обратно остатки партии Пушкаря, которым оказывает поддержку народная масса, опасавшаяся утверждения шляхетских порядков от соединения с Польшей.

А между тем Выговский, совершенно игнорируя статью переяславльского договора, запрещавшую сноситься с иностранными державами, продолжает отправлять посольства к полякам и татарам и принимать иноземных послов, нисколько не стесняясь присутствием послов московских. В сношениях с Москвою Выговский держится постоянно выжидательные политики, пока не установились вполне отношения к Польше. Из Москвы постоянно являются послы, то с известием о скором прибытии воевод и вместе с предложениями, ограничивающими автономию края, то с поручением разузнать на месте отношения между гетманом и народом, послужившие причиной внутренней борьбы. По мере того как устраиваются дела с поляками, отношения между гетманом и послами становятся все более недружелюбными и наконец обостряются до того, что послов даже подвергают аресту, чтобы воспрепятствовать им сноситься с народом и следить за действиями гетмана. Так шли дела до Гадячской рады 1659 г. После нея начинается открытая борьба с Москвой.

Из отношений иноземных проще других были отношения к татарам. Во все продолжение гетманства Выговского мы видим, что каждый раз, когда ему приходится вести открытую борьбу, с враждебными партиями, на помощь ему приходят татарские войска. Эхо не были войска наемные, являются они частью в силу личных отношения Выговского к хану и другим предводителям, а частью с целью наживы: орда грабила те области, по которым проходила, забирая в плен жителей и продавала их в рабство. По крайней мере это можно заключить из одного факта, когда в походе против Пушкаря, окончившемся его смертью и разграблением Полтавы, помогавшие Выговскому татары, готовились увести в Крым огромное число пленных жителей, но отряд казаков Выговского отбил пленников; летописец прибавляет, что „Орда сама ни з чим до Криму помаршировала" (прим. 13). Гораздо более серьезное значение имели сношения с Польшей.

Тут с одной стороны ясно определяется желание поляков подчинить себе Украину, с другой стороны стремление Выговского и его партии основать свои действия на поддержке со стороны Польши. Немедленно после избрания Выговского в гетманы на Чигиринской раде 1657 г. начинаются переговоры с Польшей в этом смысле. Главными деятелями при этом были — Немирич со стороны Украины и Беневский со стороны Польши; предполагалось соединиться на федеративных правах с предоставлением взаимно полной автономии. Поляки серьезно думали о соединении с Украиной, особенно успешно действовал в этом смысле Беневский; своими переговорами он достиг того, что гетман наконец решительно отказался от всякого союза с царем и даже готов был идти на него войною с татарами; как следствие этих переговоров является известная попытка овладеть Киевом, кончившаяся неудачею. В 1658 г. собралась в Гадяче на раду вся старшина казацкая.

Здесь в присутствии гетмана Беневский в напыщенной речи указал казакам на ту опасность, какая грозила со стороны Москвы как Украине, так ж Польше, ж предлагал соединиться против общого, по его мнению, врага. Результатом совещания было заключение знаменитого гадячского договора. Статьи договора касаются: государственного значения Украины, внутреннего её устройства, религии и просвещения, т. е. главнейших вопросов того времени. По смыслу гадячских статей Украина войдет в союз с Польским королевством и Великим Княжеством Литовским под именем Великого Княжества Русского; таким образом составится союз самостоятельных областей под верховной властью короля, в избрании которого одинаково должны принимать участие все три соединенные народности. Великое Княжество Русское будет пользоваться полным внутренним самоуправлением. Верховная законодательная власть должна принадлежать собранию депутатов от всей Украины, исполнительная — гетману.

Все должности, в том числе и сенаторские, должны быть замещаемы местными уроженцами. Великое Княжество Русское должно иметь все государственные учреждения и государственных сановников, свой суд, монету, войско и т. д. По отношению к религии договором требовалось полное уничтожение унии на пространстве всей Речи Посполитой. Православному духовенству предоставлялось право собственной юрисдикции и в знак почета митрополиту и пяти епископам предоставлялось право заседать в сенате, наравне с католическими епископами. Кроме того, обещано было возвратить церковные имущества и церкви, отнятые у православных. Хотя послам дана была инструкция от сейма всеми силами отстаивать унию, но общее настроение умов на Украине было таково, что послы решились на свой страх согласиться на полное её уничтожение, лишь бы довести переговоры до конца.

Особенно важна для характеристики Выговского последняя статья договора, касающаяся просвещения края: предполагалось открыть два университета и в разных местах Великого Княжества Русского устраивать училища без ограничения их числа. Кроме того, предоставлялась полная свобода печати: каждый, кто хотел открывать типографию и печатать что угодно, даже относительно религии дозволялось свободно высказывать свое мнение. Отрицательная сторона гадячских статей та, что в договоре не были определены отношения крупных владельцев к тем, кто жил на их землях, что давало волю произволу дворян. Наконец король мог во всякое время по представлению гетмана возводить казаков и мещан в дворянское достоинство. Этой последней статьей особенно недовольны были польские дворяне, сильно дорожившие своими шляхетскими привилегиями.

Дарованием этого права нобилитации, которое могло со временем коснуться и поспольства, из которого пополнялся состав казаков, поляки больше всего надеялись склонить на свою сторону как казаков, так и простой народ. По окончании Гадячской рады послы возвратились в Польшу, а Выговский перешел с войском московскую границу, требуя выдачи своих врагов, бежавших в Путивль. Поход этот кончился неудачей, благодаря хищническим инстинктам и отсутствию дисциплины в войске союзников; особенно грабежам, произведенным татарами, вследствии чего казаки массами бежали из войска на защиту своих семейств и имуществ. Тем не менее московское правительство, заметив что даже население левого берега, до тех пор враждебное гетману, не оказывает ему сопротивление, решалось сделать последнюю попытку к установлению с гетманом мирных отношений. Князь Трубецкой, главный начальник великорусских войск на Украине, получил двоякие полномочия.

С одной стороны ему предписывалось: 1) Собрать раду из старшин и черни, которые должны уладить все возникшие неурядицы; 2) Если Выговский останется гетманом после рады, в таком случае боярину разрешалось сделать очень важные уступки, а именно: разрешалось вывести великорусские войска из Украины и подтвердить статьи аналогичные с статьями гадячского договора, наконец гетману и старшинам обещали предоставить самые доходные административные должности. С другой стороны Трубецкой своими универсалами и воззваниями возбуждал народ против гетмана, очевидно с целью запугать его и так или иначе принудить его к покорности царю. Но все эти меры ровно ни к чему не привели — Выговский, не входя даже в переговоры с Трубецким, в ответ на его предложения, издал универсал, которым доказывал необходимость разрыва с Москвой с одной стороны и соединения с Польшей с другой. Тогда Трубецкой нашелся вынужденным начать военные действия.

Великорусские войска вступили в Украину и разорили местечко Срыбное, вслед за тем они пытаются овладеть сильным Конотопским замком. Со стороны малоруссов борьбу вели пока одни полковники, гетман не принимал в нем прямого участия, ожидая на помощь крымских татар. Наконец явился Мехмет Гирей с ордою; тогда гетман двинулся с союзниками на защиту осажденного Конотопа. В битве на р. Сосновке, где Выговский выказал большие стратегические способности, великоруссы потерпели сильное поражение; 30 тысяч воинов легло на месте, воевода кн. Пожарский был взят в плен и казнен по приказанию хана. После такого поражения, Трубецкой должен был уйти в Путивль, Выговский преследовал его до границ Украины, а дальше отказался идти, не смотря на все убеждения со стороны хана и наемных поляков.

По свидетельству современника: „Вероятно, он боялся, чтоб казаки не отпали от него, если он выйдет из Украины", но скорее можно допустить, что он желал придать войне характер исключительно оборонительный, а не наступательный. В таком положении были дела, когда в Варшаве собрался сейм, на котором должна была решиться судьба Украины. На сейм явилось посольство от Великого Княжества Русского, состоявшее из представителей генеральной старшины, сотников и знатных казаков. Стоящий во главе посольства Немирич от имени всей Украины заявляет готовность принять подданство по отношению к польскому королю. Речь Немирича была принята с восторгом королем и чинами Речи Посполитой, но когда послы начали излагать условия подданства, сенаторы пришли в недоумение и восторг сменился всеобщим ропотом.

Требовалось подтверждение всех статей Гадячского договора и главным образом: совершенное уничтожение унии и возвращение всех церквей, школ, госпиталей, церковных имуществ и т. д., принадлежавших православным и захваченных униатами или иезуитами не только на Украине, но даже на всем пространстве Речи Посполитой, где только существует русский язык. Требовалось изгнание иезуитов из пределов Великого Княжества Русского; к занятию духовных должностей допускались исключительно только лица православного исповедания. Отдавая дань своему времени, когда особенно дорожили шляхетскими титулами и привилегиями, гетман домогался для себя, как воеводы Киевского и представителя Великого Княжества Русского, права юрисдикции над высшим дворянством, с правом не являться ни в какой суд, ни по какой жалобе. Такого рода требования вызвали целую бурю в сенате: более консервативные члены решительно отказывались принять эти условия; особенно протестовали они против раздачи шляхетского достоинства казакам.

Другая партия, более либеральная, находила совершенно справедливыми все требования казаков, толъко требование уничтожения унии не нашло сторонников даже между самыми ревностными поборниками веротерпимости. Наконец дело уладил Беневский, который и содействовал главным образом заключению гадячского договора. Проживая подолгу на Украине, он близко познакомился с бытом и интересами малорусского народа и лучше чем кто-нибудь понимал справедливость требований, какие предъявляли казаки. Но польское общество еще не доразвилось до такого понимания и Беневский, желая как-нибудь провести интересы Украины, предлагает такой компромисс: так как Польша теперь в критическом положении по случаю войны с шведами, то следует для вида согласиться на условия казаков, а впоследствии все переменить по старому. У Беневского был такой рассчет: доставить только номинально казакам признание их прав, а после они уже сами, как знают могут отстаивать эти права.

Между тем предложение Беневского было принято за чистую монету; король и представитель Речи Посполитая давали торжественные клятвы исполнить все условия казаков, надеясь в тоже время скоро нарушить их. Также непрочны были обязательства со стороны казаков и, по выполнении всех торжественных формальностей, дело кончилось ничем. Заключая договоры с поляками, Выговский руководился своими соображениями, не сообразуясь с желаниями народа. Теперь враги гетмана легко могли найти против него опору в массе народной. Народ украинский был против соединения с Польшей, в какой бы форме оно ни выразилось, так как оно грозило утверждением шляхетского порядка, ненавистного для поспольства. Опять начинается агитация против гетмана. В то время как великорусские войска готовы были выступить из пределов Малороссии, Трубецкого призывают обратно Филимонов и Золотаренко, бывшие сторонники Пушкаря, постоянно принимавшие участие во всех агитациях против Выговского.

Кроме того, внутренние неурядицы увеличиваются еще появлением нового претендента на гетманство, полковника Цюцюры. В короткое время один за другим передаются Трубецкоиу: Переяславль, Нежин, Батурин, Глухов, Новгород-Северск и другие города. В виду такой перемены дел царские воеводы снова возвращаются на Украину. Между тем Юрий Хмельницкий начинает искать гетманства — его сразу провозгласили Запорожье. Узнав об этом, Выговский как можно поспешнее бежал из Чигирина и назначил раду под Германовкой. Туда же прибыл и Юрий Хмельницкий. Рада была очень шумная и беспокойная: гетмана обвиняли за разорения сел и местечек в левобережной Украине, за жестокие казни над своими врагами, за то будто он продал Украину крымскому хану ж т. д. Мало по-малу пререкание перешло в драку, при чем были убиты некоторые из сторонников Выговского. Сам он едва успел бежать с толпой казаков.

Скоро после того в окрестностях Белой Церкви собралась другая чорная рада, на которой Выговский отрешен от должности, после чего он сам передал Юрию бунчук и булаву, взявши с него обещание, что Украина останется верной польскому королю, но оказалось, что народ хочет противного. На этой раде казаки дали подписку, в том что выпустят Выговского жену и детей и пленных поляков, которых держали в Чигирине. Тогда же был заключен договор между московскими послами и Юрием Хмельницким, но уже с важными ограничениями против договора с Богданом Хмельницким. Церковь малорусская должна находиться под благословением московского патриарха, который, впрочем, обязывался не вмешиваться в управление церковными делами в Украине. Каждый житель Малороссии получал право прямо сноситься с Москвою помимо гетмана; против этого условия сильно возставали старшины, так как оно давало возможность всем недовольным старшинами, посылать в Москву жалобы и доносы.

С этого времени Украина облагается данью в пользу московского правительства и договором определяется способ собирания дани. Кроме того, требовались подводы и корм посланникам. В числе других статей договора была одна, до которой бывший гетман со всем семейством и родственниками объявлялись изменниками и московское правительство требует, чтобы ему выдали Ивана Остаповича с женой, детьми и братом Данилом и чтобы никого, носящого фамилию Выговских не принимать ни в какие должности, ни в войско запорожское. Данило действительно был выдан и казнен в Москве, а Иван Остапович успел бежать с семьею в пределы Польши. Так кончилось непродолжительное (1657—1659 г.) гетманство Ивана Выговского. После него усилились смуты, в конец разорившие и деморализовавшие население Украины. „Здесь страшное вавилонское столпотворение, говорит поляк современник, — местечко возстало на местечко, сын грабит отца, отец сына.

Цель их; чтоб не быть ни под властью царя, ни под властью короля, и они думают этого достигнуть, ссоря, соседей и угрожая королю именем царя; и обратно. Благоразумнейшие молят Бога, чтоб кто-нибудь — король ли, царь ли скорее забрал их в крепкие руки и не допускал безумной черни своевольничать". В короткое время, один за другим чередуются три гетмана, о Выговском за этот промежуток почти нет известий. Из немногих сведений, сохранившихся за время от 1660 до 1664 г., мы узнаем, что он не помирился с потерей гетманства; следствием которой было уничтожение всего того, что ему с большими усилиями удалось сделать для Украины. Сложив булаву по требованию чорной рады, Выговский с несколькими наемными полками удалился в Котельню, где стояло тогда польское войско.

В это время он получил от короля назначение на должность Киевского воеводы, т. е. управителя той части Киевского воеводства, которая осталась под властью Польши, (сюда входила западная часть нынешней Киевской губ. и восточная Волынской по р. Случ). Из Котельни бывший гетман двинулся к Хмельнику (прим. 14). В это время уже начался поход Шереметьева на Польшу; передовые отряды его войска наткнулись под Хмельником на ополчения Выговского и рассеяли их, после чего он отправился в Полонное и затем в Дубно. Под Острогом он разбил отряд казаков Цюцюры и, соединившись с польским войском, участвовал в битве под Слободыщем, где, по известию современника, показал большую неустрашимость — он впереди всего войска, вместе с польскими генералами, полез на приступ. Затем он помогал полякам в известной битве под Чудновым, кончившаяся полным поражением Шереметьева. Попавшийся здесь в плен Цюцюра, по приказанию Выговского, был казнен в Дубно.

После окончания кампании роль Выговского не представляет ничего выдающагося; он большею частью пребывает в Баре, куда король назначил его старостою и оффициальными делами не занимается. Впрочем, в следующем году он в качестве сенатора, участвовал на сеймике в Житомире. Затем больше двух лет о нем нет никаких известий. В конце 1663 г. Ян Казимир предпринял поход с целью отвоевать обратно Украину (прим. 15). 13 ноября король с сильною армиею перешел за Днепр и занялся осадой левобережных городов, подвигаясь к Глухову; его сопровождали казаки правобережные с гетманом Тетерою, сменившим в 1660 г. Юрия Хмельницкого. На правой стороне Днепра осталась стража под начальством региментаря Маховского; между тем в Брацлавщине произошло восстание крестьян против поляков. Возставшие (Сулима и Вареница), истребив шляхту около Брацлавля, направились против Маховского.

Узнав об этом, Тетеря приехал из лагеря королевского на помощь Маховскому в III, стр. 387—391), писанное 2 ноября 1659 г., в котором Выговский, готовясь выступить с войском на помощь осажденному Чигирину, на случай своей смерти поручает королевской милости всю свою семью, в особенности же малолетнего сына Евстафия. Из письма мы узнаем, что родители Ивана Остаповича и его сын находились в безопасном месте, где то в пределах короны польской, а жена его с отрядом казаков была еще осаждена в Чигирине великорусским войском. Белую Церковь; они разбили Сулиму под Белой Церковью. Между тем Выговский приехал из Бара в Хвастов и, наблюдая за событиями, издал универсал, в котором, успокаивая шляхту, предлагал возставшим крестьянам прекратить войиу, но избрать вместо Тетери другого гетмана. Тетеря понял так, что Выговский косвенным образом самого себя предлагает в гетманы и решил устранить всех, чем-нибудь выдающихся лиц, в которых он мог видеть соперников.

При помощи поляков был схвачен и казнен знаменитый сподвижник Хмельницкого полковник Иван Богун; Тетеря обвинил в измене митрополита Иосифа Тукальского и бывшего гетмана Юрия Хмельницкого, постригшегося в монахи под именем Гедеона; оба они были сосланы в Мариенбургскую креность (прим. 16). Затем Маховский схватил в местечке Рокитной Ивана Остаповича Выговского и, не смотря на его протест, что он, как сенатор, подлежит только суду сената, его судили военным судом и через сутки после ареста он был расстрелян в тюрьме в ту минуту, как читал на коленях акафист Пресвятой Богородице. Летописец прибавляет, что жена Выговского, услыхав о казни своего мужа, умерла внезапно и похоронена с ним в одном ските (прим. 17).

Примечания автора

Примечание 11. Летопись Величка, т. I, стр. 304.

Примечание 12. Там же.

Примечание 13. Летоп. Величк., т. I стр. 333.

Примечание 14. К этому времени относится письмо Выговского к Яну Казимиру (Памят. изд. Киевск. Археогр. Ком. т.

Примечание 15. См. биограф. Брюховецкого.

Примечание 16. Мариенгбург или Мальборк город и сильная крепость в польской или так назыв. королевской Пруссии.

Примечание 17. Черниговская лет. стр. 21.