И звестно, что рынку необходим избыток рабочей силы, дабы ощущалась конкуренция — формирующая сила, способ существования капиталистического общества. Но рынок у нас искривленный, деформированный. Моя безработность тоже, похоже, советско-китайская гримаса. Тем не менее, безработные в Бресте есть, есть биржа труда - так называемая служба занятости. О ней и пойдет речь.
Я брал информацию почти что как Гюнтер Вальраф - немецкий писатель-документалист. Этот последний проникал на крупные заводы, фирмы под видом одного из многих, простого «работовзятеля», турка-гастарбайтера (ради чего даже сделал операцию на зрачках) и писал про нарушения права на труд, защищая наемных рабочих от плохишей-капиталистов. От Вальрафа меня отличали три позиции.
В о-первых, это то, что я зарегистрировался на бирже гласно - в знак солидарности с доцентом А.Левковичем, которого активно «выпрессовывали» за политические взгляды из местного университета. Наверняка это в силу специфики нашего несолидарного общества не привлекло большого внимания — в Центре занятости так точно нет, хоть говорят, что газеты читают.
В о-вторых, я не отступал от белорусского языка, на котором общаюсь с представителями «родного» государства.
В -третьих, один раз я все же засветился как целевой создатель текста о работе Центра занятости. Это произошло в кабинете заместителя директора Центра, куда я пришел, в основном, в поисках так необходимой для автора газетных текстов цифири.
В Брестском городском Центре занятости состоит на учете в феврале с.г. 4778 безработных. Из них более 60% женщины. 1996 человек получают пособие по безработице, которое вместе с мизерными доплатами, положенными некоторым категориям, (скажем, безработным с детьми до 14 лет), составляет исчезающе малую сумму - около 20 тысяч.
С отрудники Центра со знанием дела прокомментировали некоторые специфические аспекты деятельности своего учреждения. Так, оказалось, что есть две опасные тенденции: омоложение состава безработных и увеличение напряженности рынка труда. Если раньше среди безработных преобладали бывшие рабочие наших неповоротливых «титаников» — гигантов советской индустрии, то теперь много вчерашних школьников, не поступивших, не прошедших и т.д. Поэтому и высок удельный вес лиц со средним и неполным средним образованием — 67%. Около 30% от всего числа безработных — люди моложе 30 лет.
Н а биржу труда не заявляют вакансии учреждения образования. Предпочитают обходиться своими силами, хоть текучесть кадров из-за низких зарплат и феминизации системы образования большая. Латают дыры, сокращая количество учеников и увеличивая нагрузки, в том числе когда взваливая на шею «надводных» полторы ставки, потому что одной не хватает для выживания. Зато на бирже труда полно культработнических вакансий с рекордно низкими... стипендиями, что ли. Зарплатой не назовешь. Появились и вакансии врачей на полный рабочий день с окладом в сто «синих» - а больше сами пусть добирают...
В этом году общее количество вакансий сократилось. Если каких-то два года тому назад их было более 2 тысяч, то теперь число зарегистрированных предложений составило всего 711. Поэтому теперь на одно место претендуют 7 человек.
Н а мой взгляд, это говорит об отрицательной динамике экономического развития, пока еще не о коллапсе, но свертывании экономической деятельности в городе. Если сюда добавить скрытую безработицу на больших предприятиях, рабочие которых месяцами сидят дома или работают день-два в неделю, и 8 тысяч налога на экологию вместо двух на границе, которые окончательно «перекрывают кислород» армии «мурашей» польского вектора, то становится нерадостно.
В силу многих причин городской Центр занятости — это во многом пока только жест в сторону социальной политики. Конечно, не в Бресте это решается, но разве можно прожить на пособие в 10 у.е. при в пять раз большем официальном же прожиточном минимуме, который еще надо доказать, что является реальным! И каким образом сочетается конституционное право на труд, более детально сформулированное в подписанной нашей страной Конвенции 105 Международной организации труда (МОТ) «Об упразднении принудительного труда», с обязательными неоплачиваемыми общественными работами?
О чевидно, не всесилен Центр занятости, если говорить об эффективной помощи безработным женщинам. Определенным образом это происходит потому, что условия Центру диктует рынок труда. Ну не хотят предприятия связываться с женщинами! Так и пишут в специальной графе заявки - «потребность в муж. - 1» (2, 3,5- сколько выносится на биржу вакансий), «потребность в жен.» - стабильный ноль.
В ообще-то я как противник феминистической модели устройства общества за то, чтобы, следуя природе, отдавать женщине женскую долю нашей совместной жизни и судьбы, а мужчине — мужскую. Не должны грубые мужские руки мыть опасно хрупкие тарелки, так же как несподручно и чревато полностью передоверять женам воспитание будущих защитников Родины. Но в наших условиях выжить практически нельзя, если в семье не работают, не приносят, как пчелки, домой оба взрослых. С какой стороны взяться Центру за сбалансирование гендерного вопроса, не знаю.
Б олее отрадно выглядит сегмент деятельности Центра по переобучению. Набор специальностей достаточно большой, а правила игры просты и прозрачны - учишься (без «балды», за прогулы — санкции) на курсах за счет Центра, но уже заранее знаешь о трудоустройстве и обязательной отработке. Еще более стабилен вариант, когда на переобучение направляет само предприятие (ситуация так называемого трехстороннего договора «предприятие — работовзятель — Центр»).
П рофиль курсов и программ диктуется рынком труда. Требуются в основном (около 80%) рабочие. Поэтому переучивают на разные рабочие специальности (некоторые с довольно звучной прогнозируемой зарплатой). Однако есть и курс «Эффективное использование современной компьютерной техники», предлагаемый Техническим университетом. Длится он 5 недель - на неделю больше, чем обучение уборщика. Забавно, не правда ли?
Д екларируемая эффективность Центра занятости довольно высока -более 60%. Именно столько от общего числа зарегистрированных были устроены на работу усилиями Центра в 2003 году. Мои собеседники в центре оценили в 30% людскую «недвижимость» -зарегистрированных безработных, которые не стремятся устроиться на работу, а стоят на учете, чтобы, к примеру, получить льготы и не платить за квартиру. Есть и другие схемы. Если сложить эти 30% и 60% трудоустроенных - то получится благостная, в общем-то, картина - только 10% чистых неудачников. Но вряд ли все нашедшие работу через Центр занятости осчастливлены высоким заработком: уж слишком маленькие, иногда меньше 100 тыс., зарплаты по предложенным вакансиям. Да и логика «уедания» хитрюганов, которые спрятались в «бетонных» 30 процентах, представляется ущербной. Ведь каждый выживает как может. Гораздо привлекательнее шведская модель богатого государства и достаточных социальных пособий. Поэтому ясно, что если у нас что-нибудь поменяется наверху, то динамично развиваться будет предпринимательский сегмент программ Центра занятости. Это позволит влиять на рынок труда в сторону расширения, в особенности если мы больше откроемся на Запад навстречу передовым технологиям и нашим детям, которые бегут туда в поисках лучшей доли.
О живление вызвал у моих собеседников вопрос о ежеосенних «сейшенах». Оказалось, что на добровольных сезонных оплачиваемых работах задействуется гораздо больше народу, чем состоит на учете в Центре. В прошлом году это число составило около пяти с половиной тысяч! Большая часть их — это привлеченные со стороны волонтеры. Именно они, слегка пошатываясь не только от усталости, несут накануне «Дажынак» от автобусов сетки и мешки с картошкой, бурачками-морковкой, чтобы продать их тут же на асфальте возле остановки «Мостовая». Они составляют определенную конкуренцию зарегистрированным безработным, но и для Центра занятости привлеченные лица не проходной вариант, потому что, к примеру, соглашаются сезонно собирать на сельхозугодьях камни, чего не добьешься от «штатных» безработных. Что ж, в пакете этот расклад лучше, чем отрывать от учебы жертв взрослого головотяпства — студентов и школьников.
С отрудники городского Центра занятости производят, в основном, впечатление компетентных специалистов. И цивилизованных тоже. Такое более положительное, чем отрицательное впечатление сложилось у меня не сразу. В первый день посвящение в безработные было менее мажорным. Сначала одна не слишком образованная писчица стала настаивать, чтобы я говорил не «не», а «нет» и заполнял анкету по-русски. Я возразил, что если бы она была на братней Украине, то вообще писала бы только на украинском. Наш не слишком дружелюбный диалог заинтересованно подслушивали сотрудницы помоложе, и одна из них решительно меня поддержала: мол, пусть пишет на таком языке, на каком хочет, — имеет право.
В торая дама, инспектор, с ходу заявила, что я должен понимать, что она мне может предложить разве что работу грузчика. Этим она меня очень удивила: такую работу я и без их помощи мог бы найти, да и в анкетах, которые заполнял с полчаса, про диплом мастера переноски тяжестей не упоминал. Потом оказалось, она имела в виду, что им почти не дают вакансий переводчиков и учителей. С энтузиазмом предложено было мне уже завтра прибыть к 8.30 на лекцию по переобучению. Это предложение тоже застало меня врасплох: завтра с утра я должен был сидеть на телефоне. И много других вопросов возникло в моей голове, поэтому я задал самый безобидный: «А как я приеду?» — «А как Вы приехали сегодня?» - вопросом на вопрос ответила она.
И на самом деле, как передвигаются по городу безработные? Ведь 20 тысяч и на хлеб с кефиром не хватит, особенно если их платят через месяц после регистрации и назначения пособия. А тут еще за проезд плати. Путем проб и ошибок я позже узнал, как.
Е дут двое молодых парней в автобусе. «Трудно, - говорит один другому, — доказать контролеру, что ты едешь в Центр занятости и нет денег на талон, а у тебя мобила пищит.» Другой ему отвечает: «У тебя пищит, а у меня нет. Когда показываю «ксиву» безработного, контролера аж слеза прошибает - сам недавно с биржи».
Д остаточно познавательно сложились мои обязательные неоплачиваемые общественные работы, от которых я решил не отказываться. Но об этом в следующий раз...

Е вгений БЕЛАСИН,
б ывший преподаватель Брестского госуниверситета им. А.С.Пушкина