В преддверии очередного новогоднего праздника вновь столкнувшись с необходимостью приобретения столь возлюбленного народом отрывного календаря, мы порой заходим в тупик от изобилия предлагаемых нам его тематических вариантов. Трудно с ходу назвать иной полиграфический продукт, авторы которого с таким же рвением старались бы потрафить величайшему разнообразию наших с вами вкусов и заинтересованностей.
Н емного истории
А ведь нынешнее календарное изобилие возникло не вдруг и не на пустом месте. Ибо генеалогическое древо нашего с вами календаря глубоко уходит своими корнями в сумрачную толщу веков и там, в их во многом загадочной глубине, тесно сплетается с историческими корнями Государства Российского.
О бщеизвестно, что само название календаря произошло от названия древнеримских долговых книг (calendarium), по которым должники выплачивали проценты в первые дни месяцев, называвшиеся календами. В Древней Руси пращурами современных календарей были святцы, мартирологи, синаксарии, четьи-минеи (»минея» от греческого «мен» — месяц). Отсюда понятно, почему впоследствии древние русские календари получили название месяцесловов. На заре книгопечатания на Руси в 1581 году в городе Остроге москвитянин Иван Федоров издал календарь под солидным названием «Хронология», составленный Андреем Рымшей.

Б рюсов календарь
Н астоящий прорыв в календарном деле случился после восшествия на престол Петра I. Царь-реформатор не только ввел в обиход гражданский шрифт и повелел издавать первую русскую газету, но и сам лично принимал очень активное участие в деле просвещения подданных. Он собственноручно отбирал для перевода и велел печатать на русском языке книги по разным отраслям знаний, следил за выпуском всех календарей, сам правил в них статьи и вносил дополнения.
П реуспел в календарном бизнесе того времени автор ряда научных трудов, генерал-фельцехмейстер Яков Брюс, напечатавший в том же 1709 году в московской типографии «Календарь повсеместный, или Месяцеслов христианский», названный впоследствии незатейливо «Брюсов календарь». Более шести лет оный календарь (сведения для него собирал известный в ту пору книгоиздатель и популяризатор научных знаний Василий Киприянов) выходил на отдельных листах. А поскольку календарь был необычайно популярен в народе, все его выпуски неоднократно переиздавались отдельной книгой. Он содержал сведения о времени восхода и захода Солнца и Луны, о движении планет, о солнечных и лунных затмениях, разнообразные географические таблицы, отрывки из считавшихся в допетровские времена «отреченными» рукописных книг: «Громники», «Планидники», «Звездочетцы», «Колядники». Календарь имел раздел, называемый «Прогностик», в который заносились предсказания погоды, войн, ожидаемых урожаев и эпидемий. Похоже, что предшественники нынешнего Павла Глобы успешно «пудрили мозги» своим соотечественникам и в те далекие времена.
П онятно, что не имея никаких иных руководящих установок, тогдашний россиянин ориентировался единственно по календарю, когда следует: «кровь пущать, мыслити почать, брак творити, шествовать морем, чины и достоинства воспринимать, долг платити, зверей и рыбу ловить». И даже такую мелочевку, когда «мыться в бане, браду брить, власы стричь, платье кроить». Все эти расчеты были проделаны более чем на сто лет вперед, поэтому каждый владелец такой книги использовал ее до полного зачитывания.
В прочем, на Руси задолго до Брюса народ знал, в какие дни что делать полагается (об этом говорилось еще в рукописном «Изборнике» Святослава в 1076 году), поэтому семя «Проностики» упало в благоприятную почву. Постепенно календарь модифицировался, претерпевая заметные изменения. В середине XIX века он уже назывался: «Любопытный, загадчивый, угадчивый и предсказывающий новейший астрономический Брюсов календарь, сочиненный на 200 лет и расположенный от 1800 года». В расширившемся ассортименте предсказаний оного календаря были и целиком авантюрные с точки зрения современной метеорологической науки «Повседневные перемены погоды во всех городах», и имевшие прикладное значение «Узнавать по погоде: урожай и неурожай хлеба и растений», где указания типа «Горох, овес сеять по влажной земле» до сих пор считаются канонами землепашества.
Д ожили до наших времен (и даже получили развитие в образе астрологических календарей и гороскопов) и брюсовы указания, как «узнавать свойства человека, когда и под которым из числа 12 знаков небесных родился, и в каком роде жизни будет иметь счастье», равно как и «Предсказания для тех, кто под которою из планет родился, с наставлением узнать оное»...
С лава «Брюсова календаря» намного пережила его составителей. Еще в начале ХХ века в редакцию сытинских календарей часто приходили письма с просьбами «выслать общие предсказания Брюсова календаря лет за 20 вперед, за каждый год в отдельности», поскольку помещенные в нем сведения «в течение последних 7 лет точно предсказывали будущее, что для сельского хозяина является необходимым». А как на наш нынешний разум, то надо полагать, что почта противоположного содержания была не менее обильной, и знакомое нам еще со школы «все врут календари» является отражением общественного мнения грибоедовской эпохи.

А кадемические календари
П осле основания в Петербурге Академии наук к ней переходит право издания календарей. Целых 143 года (1726-1869). Академия занимается образованием россиян, помещая в своих календарях в ущерб астрологическим предсказаниям научно-популярные статьи астрономического, географического и исторического содержания. «Мир, здравие и плодоносие, — наставляет календарь 1733 года, — суть три зело потребные вещи к благополучию человеческого рода... Что до войны и мира касается, что сие явственно есть, что оныя от высочайших земских властей происходят, а сии не от звезд. Здравие людей вообще происходит от здравия каждого порознь, в котором случаи звезды паки весьма невиновны».
О днако народ в массе своей по привычке был верен «Брюсу», и прошли годы, прежде чем академические календари завоевали широкую аудиторию. В обязанности Академии входило составление с 1736 года «Придворного календаря», а с 1765 года — «Адрес-календаря», в котором наряду с общепринятыми сведениями помещались роспись должностных лиц и список кавалеров всех российских орденов, а также придворного штата. С 1755 года в календарях стал печататься реестр губерний и городов Российской империи, а с 1779 года — роспись городов с указанием расстояний до них от Петербурга, Москвы и других губернских центров. Наметилась и специализация календарей. Издаются: «Месяцеслов с наставленимяи» (1769 — 1786); «Календарь, или Месяцеслов экономический» (1768 — 1776); «Дорожный календарь» (1762 — 1790); «Исторический и географический месяцеслов» (1777-1797).
И мевшая изрядный доход от издания календарей Академия ревниво оберегала эту свою привилегию.
Б ольшинство академических календарей имело вшитые чистые листы для памятных записей их владельцев, что позволило накопить в них ценный исторический материал. Известно, что уже А.С.Пушкин кропотливо работал над календарями, используя их рукописные записи в своем творчестве.

К алендарь и литераторы
С течением лет все более активное участие в создании календарей начинают принимать литературы. «Историю Тридцатилетней войны» Фридрих Шиллер впервые опубликовал в «Историческом календаре для дам», по частям печатавшемся в Германии с 1791 по 1793 год.
В .Белинский, опубликовавший в «Современнике» статью «Месяцеслов на (високосный) 1840 год», пишет в ней: «Завидуем внукам и правнукам нашим, которым суждено видеть Россию в 1940-м году — стоящую во главе образованного мира, дающую законы науке и искусству и принимающую благоговейную дань уважения от всего просвещенного человечества». Оптимист парень! Доживи он каким-то чудом — быть бы ему в ГУЛАГе.
П остоянно отравлявшая бытие Льва Николаевича Толстого цензура (как светская, так и духовная) помешала издать в Москве составленный им «Календарь с пословицами». В результате обходных маневров календарь этот на 1887 год был выпущен в Петербурге безымянным и сразу приобрел большую популярность в народе...
И только в самом конце века появился первый «Календарь для литераторов (на 1896 год)». Грань веков отмечена выходом «Календаря для деятелей и любителей литературы на 1901 год».

К онец привилегии
В о второй половине ХIХ века привилегия Академии наук на издание календарей закончилась. С 1855 года губернским комитетам было разрешено издавать свои «Памятные книжки» (губернские календари), а с 1865 года появилась возможность издавать календари и частным лицам.
У дачнее всех стартовал И.Д.Сытин, выпустивший в 1885 году «Всеобщий русский календарь» и доумившийся с ходу заслать большую часть тиража на Нижегородскую ярмарку. Красочная обложка и иллюстрации, сработанные академиком живописи Н.А.Касаткиным, содержательный текст и обильный иллюстрированный материал принесли изданию небывалый успех, благодаря которому в последующие годы суммарный тираж общих и специальных (отрывных и настольных) календарей превысил у Сытина 12 миллионов экземпляров и вывел его в единоличные лидеры на этом поприще в России. В огромной полуграмотной стране календарь находил все большее число почитателей.

П ервые советские календари
З ная о популярности календарей в России, предприимчивые борцы с самодержавием в пропагандистских целях наладили за границей выпуск так называемых «революционных календарей», в которых знакомили пролетариев с историей революционного движения.
П одверглось модификации и само летосчисление — 24 января 1918 года по предложению Ленина СНК утвердил Декрет о введении в Российской республике западноевропейского календаря. И уж совершенно по-новому зазвучал «Советский календарь 1919 года», изданный ВЦИК. Под рубрикой «Светочи человечества» в нем фигурировали не только К.Маркс и В.Ленин, но и куча вождей помельче, вроде К.Либкнехта или Ф.Лассаля. За ассортиментом информационного и справочного материала явно угадывалось намерение сделать календарь своего рода молитвенником, настольной книгой каждого идеологически праведного советского человека.
Т еперь, когда основная нагрузка по обработке умов сограждан переместилась на телевидение, календарь снова обретает свое познавательное и развлекательное значение. Ну и флаг ему в руки, однако.