Ипатий Потей
До монашеского пострига и епископской кафедры он был Адамом Пацеем - брестским писарем, послом на Люблинский сейм, земским судьёй, каштеляном и сенатором. Опыт политика и юриста сделал его одним из самых деятельных архитекторов церковной унии 1596 года. Замысел соединить восточную традицию с Римом принёс ему влияние и новую церковь, но одновременно углубил конфессиональный раскол, последствия которого ощущались столетиями.
Судья, который стал архитектором церковной унии
Ипатий Потей принадлежит к тем деятелям раннего Нового времени, которых невозможно уместить в одну конфессиональную или национальную рамку. Русинский шляхтич Великого княжества Литовского, воспитанник кальвинистской среды, православный мирянин и сенатор, затем монах, епископ и униатский митрополит - каждая из этих ролей была настоящей частью его биографии.
С Брестом его связывала не только уния, провозглашённая здесь в 1596 году. Почти три десятилетия Пацей участвовал в управлении Брестским поветом: вёл земские книги, разбирал имущественные споры, представлял воеводство на сейме и заседал в сенате как каштелян. В церковную политику он вошёл человеком, уже хорошо знакомым с правом, переговорами и устройством государства.
Для сторонников унии Потей стал защитником восточного обряда и церковного единства с Римом. Для православных противников - епископом, который без согласия значительной части духовенства и мирян изменил подчинение Киевской митрополии, а затем добивался исполнения решения силой королевской власти и судов.
Обе оценки опираются на реальные стороны его деятельности. Поэтому честная биография Потея должна рассказывать не о безупречном миротворце и не о карикатурном предателе, а о сильном политике и полемисте, чья попытка преодолеть один церковный кризис породила другой.
Адам Пацей: происхождение, имя и спорная дата рождения
Будущий митрополит родился в 1541 году в Ружанке над Бугом, неподалёку от Влодавы. Сегодня это территория Польши, но в XVI веке имение находилось в Брестском повете Великого княжества Литовского. Поэтому его связь с исторической Брестчиной не является позднейшим присвоением: она подтверждается и происхождением, и всей светской карьерой.
В документах он выступает как Адам Львович Пацей, иногда Патеевич. Фамильная история была связана с родом Тышковичей, из-за чего в популярной литературе встречается форма «Адам Тышкович». Имя Ипатий он принял только при монашеском постриге, однако в историографии оно обычно соединяется с фамилией Пацей или её русскими вариантами Потей и Поцей.
Его отец Лев служил при дворе, а семья принадлежала к православной русинской шляхте. После ранней смерти отца мальчик оказался в окружении, связанном с двором Николая Радзивилла Чёрного - одного из главных покровителей Реформации в Великом княжестве Литовском.
Часто повторяется сообщение об учёбе Потея в Краковской академии. Оно присутствует в энциклопедических биографиях, но современный исследователь его богословского наследия отмечает, что прямого документального подтверждения этому пока не найдено. Уверенно можно говорить о хорошем образовании, знании нескольких письменных традиций и раннем опыте государственной службы.
12 апреля или 12 августа?
Источники расходятся в точной дате рождения. Энциклопедия Украины и новейший справочник должностных лиц Брестской земли называют 12 апреля 1541 года; часть польской церковной литературы - 12 августа. Встречаются также Рохачи вместо Ружанки. Надёжнее считать установленными год и регион рождения, а день и даже конкретное имение отмечать как предмет источниковедческого спора.
Эпоха, когда вера менялась вместе с миром
Юность Адама пришлась на стремительное распространение Реформации. В школе и при дворе Радзивилла Чёрного он познакомился с кальвинизмом и сам перешёл в реформатскую веру. Для шляхты того времени такой выбор не обязательно означал окончательный разрыв с семейной традицией: конфессиональные границы ещё формировались, а религиозный поиск тесно переплетался с образованием и политикой.
Позднее Пацей вернулся в православие. В справочной литературе обычно называется 1574 год, но исследователи признают, что точный момент возвращения не установлен. Возможное влияние приписывают его жене Анне Головне-Острожецкой и близости к князю Константину Василию Острожскому, крупнейшему православному магнату Речи Посполитой.
Эта перемена не была последней. Однако неверно описывать Потея как человека, который просто последовательно менял одну церковь на другую ради карьеры. Его позднейшие сочинения показывают устойчивый интерес к вопросу: может ли восточная церковь сохранить свой обряд и устройство, признав первенство римского папы.
Собственный конфессиональный опыт сделал его восприимчивым к идее соединения, но также приучил рассматривать религиозный выбор как решение, которое образованный руководитель вправе принять и провести сверху. В этом заключалась и сила, и опасность его проекта.
Конфессиональная карта Речи Посполитой в 1573 году
Брестская школа права и власти
Светская карьера Потея началась не при королевском троне, а в земском самоуправлении. Новейший научный список должностных лиц Брестской земли фиксирует его назначение земским писарем 30 апреля 1565 года. Писарь не был простым переписчиком: он отвечал за книги суда, оформление решений и юридическую память повета.
В 1569 году Адам Пацей представлял Брестское воеводство на Люблинском сейме. Его имя стоит под актом Люблинской унии, объединившей Королевство Польское и Великое княжество Литовское в Речь Посполитую. Через двадцать семь лет тот же человек станет одним из главных участников другой унии - церковной.
29 апреля 1577 года он получил должность брестского земского судьи. В популярной литературе часто указывается 1576 или 1580 год, но служебный реестр, составленный по актовым книгам и Литовской метрике, позволяет уточнить момент назначения. Судья разбирал земельные и наследственные дела шляхты, то есть работал в самом центре местной правовой жизни.
В конце 1588 - начале 1589 года Пацей стал брестским каштеляном. Это был сенаторский пост: отныне он представлял регион уже на верхнем уровне государства. Формула «брестский судья и каштелян» поэтому описывает не случайные эпизоды, а последовательный подъём от поветовой канцелярии к сенату.
Ипатий Потей. Портрет XVII века
От сенатора к епископу
Пацей был женат на Анне Головне-Острожецкой. Брак связывал его с влиятельной православной семьёй и принёс Ружанку в круг владений рода Потеев. После смерти жены в марте 1592 года он отказался от светской карьеры, принял монашеский постриг с именем Ипатий и вскоре оказался кандидатом на Владимирскую и Брестскую кафедру.
Парадоксально, но его выдвижение поддержал князь Константин Василий Острожский, будущий главный противник Брестской унии. В начале 1590-х годов сам князь допускал проект сближения церквей, если он будет обсуждаться открыто, сохранит права восточной традиции и получит широкое согласие православного общества.
В 1593 году Ипатий стал епископом Владимирским и Брестским. Он принёс на кафедру навыки сенатора: умение составлять условия, искать королевскую поддержку, вести переписку и превращать идею в юридический акт. Именно поэтому его роль в подготовке унии быстро стала центральной.
В православной Киевской митрополии действительно существовали серьёзные проблемы: вмешательство светских патронов, слабость образования, торговля должностями и неравенство православных и католических иерархов в государстве. Но согласия о способе реформы не было. То, что Потею казалось практическим выходом, многим братствам, священникам и мирянам представлялось отказом от Константинопольской патриархии без их согласия.
Римская миссия 1595 года
В июне 1595 года группа епископов сформулировала условия соединения с Римом. Проект предусматривал признание папского первенства при сохранении византийской литургии, церковнославянского богослужения, собственного календаря и дисциплины восточного духовенства. Епископы также добивались равных политических прав с латинскими прелатами.
Послами в Рим стали Ипатий Потей и луцкий епископ Кирилл Терлецкий. Их выбор был логичным: Терлецкий участвовал в ранних переговорах, а Потей обладал сенаторским опытом и умел говорить языком права. В ноябре они прибыли в Рим, а 23 декабря 1595 года перед папой Климентом VIII исповедали католическую веру и заявили о послушании.
Рим принял соединение, разрешив сохранять восточные обряды, если они не противоречат католическому учению. Однако это не было соглашением всех православных Речи Посполитой. Делегация представляла согласившихся епископов, тогда как князь Острожский, часть архиереев, братства и значительная доля мирян уже выступали против способа принятия решения.
Поэтому декабрьский акт в Риме стал не завершением спора, а его новой фазой. Потей вернулся с папским одобрением и королевской поддержкой, но без того общего согласия, которое могло бы превратить юридическую унию в бесспорное церковное единство.
Кирилл Терлецкий - спутник Потея в римской миссии
Брест, октябрь 1596 года: два собора вместо одного
Осенью 1596 года в Бресте собрались сторонники и противники унии. Они не смогли провести общее заседание и фактически образовали два собора. Униатский собор с участием митрополита Михаила Рогозы, Потея и других епископов провозгласил соединение с Римом. Православный собор под покровительством Острожского отверг его и объявил униатских архиереев лишёнными сана.
Так возникла ситуация взаимных отлучений. Король Сигизмунд III признал решения униатской стороны и считал именно её иерархию законной. Противники апеллировали к канонической власти Константинополя, к правам православной шляхты и к тому, что судьба церкви не могла решаться узкой группой епископов.
Потей был не единственным создателем унии: важную роль играли Терлецкий, митрополит Рогоза, королевский двор, католические иерархи и несколько влиятельных магнатов. Но исследования переписки показывают, что именно Потей был её наиболее последовательным инициатором и главным защитником после 1596 года.
В Бресте не произошло простого «объединения католиков и православных». Возникла церковь византийского обряда в общении с Римом, а рядом продолжило существовать православное сообщество, которое не признало унию. Государственное признание одной стороны не уничтожило другую, но сделало спор о храмах, монастырях, школах и должностях особенно острым.
Что уния сохранила - и чего не решила
Уния сохраняла византийский обряд и традиционную дисциплину восточной церкви, но переводила принявших её епископов из юрисдикции Константинопольского патриарха под власть папы. Обещанное равенство с латинскими епископами осуществлялось неполно: униатские иерархи долго не получили мест в сенате. Главное же противоречие - отсутствие общего согласия православного общества - юридические формулы устранить не смогли.
Митрополит и полемист
После смерти Михаила Рогозы в 1599 году Потей возглавил униатскую Киевскую митрополию; папское подтверждение последовало в 1600 году. Он добивался укрепления епархий, развития школ и подготовки духовенства. Энциклопедия Украины связывает с ним основание греко-католической школы в Бресте и богословской семинарии в Вильне.
Одновременно митрополит действовал жёстко. Он обращался к королю и судам против православных братств и монастырей, добивался передачи униатам церковного имущества и не признавал параллельную православную иерархию. Конфликт переходил в уличное насилие: в 1609 году в Вильне на Потея было совершено нападение, после которого он лишился пальцев руки.
Его переписка показывает, что он не был безусловным орудием королевской или латинской политики. Потей спорил с католическими сановниками, когда считал, что права восточного обряда нарушаются, и требовал обещанного равенства. Но защита собственной церковной самостоятельности сочеталась у него с готовностью ограничивать права православных противников.
Исследователь Станислав Подокшин точно видел в нём человека «на переломе культурно-исторических эпох». Теоретическая идея диалога Востока и Запада соседствовала в деятельности Потея с административным принуждением. Это противоречие не является позднейшей полемической выдумкой - оно составляет сердцевину его наследия.
Писатель на языке пограничья
Потей защищал унию не только распоряжениями, но и печатным словом. Ему приписывают трактат «Уния, или выклад главнейших статей...» 1595 года, объяснявший условия соединения, «Антиррисис» 1599 года, «Оборону Флорентийского собора» 1603 года и «Гармонию, или согласие веры» 1608 года.
С атрибуцией нужна осторожность. Некоторые тексты выходили анонимно или создавались при участии помощников; «Антиррисис», вероятно, был подготовлен по поручению Потея и включал его материалы. Но его письма к Острожскому, Льву Сапеге, королю и папам несомненно показывают собственный голос автора.
Он писал на руськой канцелярской речи, польском и латыни. Эта многоязычность была нормой элиты Великого княжества Литовского, а не доказательством принадлежности к одной современной нации. Называть Потея исключительно белорусским, украинским или польским деятелем значит переносить позднейшие границы на мир XVI века.
Для истории белорусской и украинской письменности особенно важны его руськоязычные тексты: энергичная полемика, риторические вопросы и резкие характеристики превращали богословский спор в литературу. Потей умел не только убеждать власть, но и создавать язык публичной конфессиональной борьбы.
Последние годы и долгое эхо унии
Ипатий Потей умер 18 июля 1613 года во Владимире и был похоронен в Успенском соборе. Его преемником стал Иосиф Вельямин Рутский, который систематизировал монашескую и образовательную реформу униатской церкви.
Созданная при участии Потея церковь пережила войны, разделы государств, запреты и насильственные ликвидации. Из её традиции выросли современные Украинская грекокатолическая и Белорусская грекокатолическая церкви. Но память об унии остаётся разделённой: для одних это опыт сохранения восточной идентичности в единстве с Римом, для других - пример государственного давления на православие.
Брестская перспектива позволяет увидеть в Потее не только митрополита. Здесь он учился превращать частные споры в судебные решения, представлял местную шляхту, получил сенаторский ранг и затем провёл церковный проект через механизмы той же государственной системы.
В истории Брестчины он стоит рядом с Львом Сапегой, поддерживавшим ранние переговоры об унии, и напротив Афанасия Брестского, ставшего в следующем поколении символом православного сопротивления. А кальвинистская юность связывает его с эпохой Николая Радзивилла Чёрного. Эти связи лучше любого ярлыка показывают сложность религиозной истории региона.
Успенский собор во Владимире
Хронология жизни Ипатия Потея
От русинского шляхтича до брестского каштелянаРодился на исторической Брестчине
Местом рождения обычно называют Ружанку над Бугом; точный день в источниках расходится.
Учился в реформатской среде
Оказался под влиянием двора Николая Радзивилла Чёрного и принял кальвинизм.
Женился на Анне Острожецкой
Брак связал его с православной волынской шляхтой и имением Ружанка.
Стал брестским земским писарем
30 апреля получил должность, отвечавшую за судебные книги и документы повета.
Подписал Люблинскую унию
Представлял Брестское воеводство на сейме и поставил имя под актом создания Речи Посполитой.
Вернулся в православие
Точная дата спорна, но к зрелому периоду светской карьеры он вновь принадлежал к восточной церкви.
Назначен земским судьёй
Перешёл от ведения книг к разбору земельных и наследственных дел брестской шляхты.
Стал брестским каштеляном
Получил сенаторский ранг и достиг вершины светской карьеры.
Овдовел и выбрал монашество
После смерти Анны оставил светскую службу и принял имя Ипатий.
Возглавил Владимирско-Брестскую епархию
Был поставлен православным епископом при поддержке Константина Острожского.
Отправился в Рим
Вместе с Кириллом Терлецким представил папе условия соединения и исповедание веры.
Провозгласил унию в Бресте
Униатский собор принял соединение с Римом, тогда как параллельный православный собор его отверг.
Стал Киевским митрополитом
После смерти Михаила Рогозы возглавил униатскую митрополию и получил папское подтверждение.
Пережил нападение в Вильне
Конфессиональное противостояние перешло в прямое насилие; митрополит был тяжело ранен.
Умер во Владимире
18 июля был погребён в Успенском соборе; митрополию возглавил Иосиф Рутский.
Источники и литература
- Dzięgielewski, Jan. Pociej Hipacy. Polski Słownik Biograficzny. T. 27. Wrocław, 1982-1983. S. 29-34.
- Kempa, Tomasz. Unknown Letters of the Metropolitan of Kiev Hipacy Pociej, an Important Source on the Beginnings of the Brest Union. Odrodzenie i Reformacja w Polsce, Special Issue, 2014.
- Kempa, Tomasz. Nieznane listy metropolity kijowskiego Hipacego Pocieja - ważne źródło do początków unii brzeskiej. Odrodzenie i Reformacja w Polsce. T. 54, 2010. S. 179-218.
- Urzędnicy Wielkiego Księstwa Litewskiego. Spisy. T. 8: Ziemia brzeska i województwo brzeskie XIV-XVIII wiek. Instytut Historii PAN, 2020.
- Lencyk, Wasyl; Nazarko, Irynei. Potii, Ipatii. Encyclopedia of Ukraine. Vol. 4. University of Toronto Press, 1993.
- Подокшин С. А. Ипатий Потей: церковный деятель, мыслитель, писатель на переломе культурно-исторических эпох. Минск, 2001.
- Потей Ипатий. Большая российская энциклопедия: биографическая и церковно-историческая статья.
- Documenta Unionis Berestensis eiusque auctorum (1590-1600). Ed. A. Welykyj. Romae, 1970.
- Потей Ипатий. Письмо князю Константину Острожскому от 3 июня 1598 года: публикация текста в корпусе древней украинской литературы «Ізборник».
- Портреты: Национальный музей в Варшаве, Королевский замок в Варшаве и Wikimedia Commons. Карта: Mathiasrex, CC BY 3.0. Фото Успенского собора: Viacheslav Galievskyi, CC BY-SA 4.0.